И тут, кроме денег, которые вы, безусловно, получите, необходимы планирование и системный подход. Дело пропаганды и контрпропаганды подчиняется определенным логическим законам. Оно может, а значит, – должно быть разложено и препарировано вами, как студентами-медиками тело в анатомическом театре. В его скелете вы должны выучить каждую косточку и научиться ею виртуозно пользоваться. Без пересолов и недосолов. Ведь одна провальная передовица может срезать число читателей издания в разы…
Но хватит пока о деле. Просто для ясности: Россия определенно намерена отплатить Англии за постоянные подрывные усилия в нашей Средней Азии, Польше, Финляндии и далее по списку. Про ее деятельную помощь японцам, думаю, вам напоминать излишне. В смерти каждого русского офицера, солдата или матроса на прошедшей войне – изрядная доля английской вины. Но месть – это блюдо, которое по правилам хорошего тона нужно подавать холодным…
– Позвольте мне предложить тост, господин капитан! За вашу победу над микадо! – долговязый младший Маккаллог, наполнив стопки, прочувствованно поднялся со своего места, по ходу этого процесса треснувшись затылком о верхнюю койку, чем немедленно вызвал дружный хохот окружающих.
– Мой дорогой Дэнис, а можно все-таки я? По праву гостя в вашей замечательной компании, а?.. – Балк подмигнул смутившемуся юноше и тоже встал со своей стопкой. – Кроме того, наша дальневосточная виктория – уже свершившийся факт. А посему… За свободу Ирландии, друзья мои! За ее замечательный, гордый народ. И за вашу будущую, долгожданную победу!..
Тяжелый, мокрый снег постепенно заметал неровную, каменистую поверхность под копытами пяти осликов и пары лошадей, впряженных в две угловатые повозки с колесами в человеческий рост. Бесформенные хлопья его липли к одежде восьми людей, которых несчастная случайность или неотложное важное дело заставили пуститься в долгий путь по этим диким, забытым всеми богами местам, да еще и в такую ненастную погоду.
– Вы уверены, лейтенант, что мы не сбились? Как, вообще, вы можете находить путь в такой метели? – поинтересовался у своего спутника, моложавого, сухопарого китайца, пожилой кореец-купец, вглядываясь в выступающие из пелены неожиданного апрельского снегопада мутные очертания поросших девственным хвойным лесом утесов.
– Так точно! Совершенно уверен, господин генерал.
– Но то, по чему мы едем уже третий час, согласитесь, довольно трудно связать с понятием «дорога»?
– Не беспокойтесь, господин, я достаточно хорошо знаю эти перевалы. Приходилось бывать здесь часто: выбор мест для тайников, схронов и точек рандеву в окрестностях Янтая и Мукдена я практически всегда проверял лично. А некоторые сам и подобрал. Как та, якобы заброшенная фанза с двухъярусным схроном под ней, что на два дня должна послужить вам и вашим спутникам вполне надежным укрытием.
Как вам уже докладывал капитан Миядзи, в мои обязанности входила не только работа с оседлой местной агентурой, осведомителями и нашими людьми у хунхузов, но и материально-техническое обеспечение боевых акций во всем этом районе. Включая Инкоу и крепость на Квантуне. На тот случай, если бы штабу армии пришлось прибегнуть к тактике партизанских действий на данной территории. И, прошу меня простить за дерзость, но если бы вы пожелали узнать мое мнение ранее, то, конечно, я предпочел предложить вам задействовать в этой операции моих людей. В том числе и из местных корейцев и китайцев. Здесь мною оставлено более двух десятков профессиональных манз-соглядатаев, а главное, как раз для подобных случаев восемь надежных агентов-исполнителей, «разбудить» которых было бы делом максимум двух-трех дней. В этом случае шансы на успех были бы реальными. Конечно, приказ его величества исключает такую возможность, но…
– Мы не можем и не будем обсуждать логику приказов Божественного, Горо-сан. Бессмысленно рисовать – иероглифы на воде. Мы можем лишь исполнять свой долг. И мы должны его исполнить. Но я понял ваш вопрос. И прошу простить меня за то, что вы так и не услышите прямого ответа на него. Для меня и моих друзей важен не столько сам факт выполнения этой миссии, сколь факт его выполнения лично нами. И именно поэтому ни вы, друг мой, ни ваши люди в этом деле участия принимать не будете.
– Осмелюсь заметить, однако, что…
– Это приказ, лейтенант.
– Слушаюсь, господин!
