– Распереживались за мужа, – отозвался старик профессор, хотя вопрос я задавала не ему. – Подумали о Смерти, открылись дару… Если бы не это, вы бы меня не увидели, мисси. Я не так уж и силен.
– Ничего я не переживала за него, разве что… самую малость. – Посмотрев на Джеймса, наткнулась на пристальный взгляд с поволокой не то боли, не то усталости. И вдруг осознала невероятное: – Так ты веришь мне?! Веришь в то, что я вижу умершего человека?
– Не умершего человека, а его дух, – поправил меня супруг. – Пока не знаю. Но если ты с таким энтузиазмом сама с собой разговариваешь, то дела совсем плохи. Хочется верить в лучшее.
– Он здесь, – закивала я, едва не прыгая от счастья. – Честное слово. Невысокий, худющий и очень старый. С лысиной на голове.
– Ну, спасибо, – обиженно буркнул профессор. – Я действительно еще здесь, и это было очень некрасиво с вашей стороны – так представлять меня даргу Ллойду.
– Ох, простите, – опомнившись, виновато сцепила руки в замок и исправилась: – Профессор Хорка на самом деле весьма… э-э… мил. Одежда не рваная, ботинки чистые. И сюртук хороший… был при жизни.
– Лучше не продолжайте, – поморщился дух.
– Софи, оставь это, – Джеймс, кряхтя, встал и посмотрел в ту сторону, где находился видимый только мне гость. – Если вы и правда существуете, то знайте, что мы постараемся вам помочь. А если нет… то помоги нам Верт.
– Я пока в своем уме! – сообщила громко, кажется, самой себе.
Уперев руки в бока, смотрела, как муж, пошатываясь, приближается к столу и нехотя принимается за еду. Оставила я ему немного, но обижаться и ругаться он не стал.
Старик же истаял, не прощаясь. Осмотрев всю комнату, я его не нашла, и от мысли, что и этот дух мне почудился, стало очень не по себе.
– Чего разволновалась? – уточнил Ллойд, стоило расправиться с едой. – У тебя такой вид… словно призрака увидела, но тут, скорее, что-то другое. Не так ли?
– Старик пропал, – сообщила почти обреченно.
– И слава богам, – ответил супруг, ни капли не переживая. – Не хватало еще ему к нам прицепиться и разговаривать с тобой всю дорогу. Собирайся, Софи. Пора ехать на кладбище.
Я нервно перекрестилась:
– Звучит как-то не по-людски. У нас же медовый месяц, – поделилась мыслями вслух. – А мы по лесам и погостам гуляем. Аж пугает такой расклад.
– Меня больше пугает, когда наделенная тьмой крестится, – признался Ллойд, – ты еще святой водой умываться начни.
– Так я с детства в церковь хожу и Пресветлому молюсь. Что такого?
– Он – прародитель жизни. – Джеймс закрыл лицо рукой, опершись локтем на стол. – Мы ведь еще и венчались в церкви… Но кто знал? Ваш отец Хонж заикой стал бы, пойми, кого на обряд привел.
Я только плечами пожала:
– Не понимаю, чего сокрушаешься? То, что у меня дар какой-то открылся, не значит, что я откажусь от старых привычек.
Муж выпрямился, откинулся на спинку стула, склонил голову набок и уставился на меня, как на невиданную зверушку. Собрался что-то сказать, но губы стали кривиться, не слушаясь, а потом и вовсе сомкнулись. Ллойд махнул рукой, встал и, ни слова не говоря, пошел за своим саквояжем.
– Едем? – воодушевилась я.
– Да, – как-то обреченно ответил он, направляясь к выходу. – Вещи свои поставь у кровати. Кого-нибудь пришлем, чтоб забрали и погрузили перед отъездом отсюда.
***
Мы тряслись в нанятом экипаже около двадцати минут.
Джеймс, едва сел на неудобное сиденье, сразу задремал, и я снова поразилась этой его невероятной способности спать где угодно, в каком угодно положении.
Возница, услышав адрес назначения, спокойно кивнул и без вопросов поехал на Мелкозардовское кладбище. Видно, решил, что мы умершего родственника навестить решили перед отъездом.
Заерд оказался городом побольше моего Кельхельма в несколько раз. Да и побогаче.
Здания и дома здесь были во много раз выше, мощнее и красивее. Жители одевались наряднее, а передвигались быстрее, словно спешили куда-то и совсем не имели времени на простые прогулки или праздные беседы. Я с любопытством смотрела в окно из крытого экипажа, ощущая внутри восторг и в то же время щемящую грусть. Тоска по дому нарастала тем сильнее, чем дальше мы от него уезжали. Чего же ждать дальше?
– Кладбище! – неожиданно прокаркал возница, и я вздрогнула от такого “ответа” на свой вопрос.
Повернув голову, с удивлением обнаружила, что кладбище находится в черте города. Вот только что были жилые дома, и вдруг погост. У нас все было не так, и к этому тоже стоило привыкнуть.
– Ждите нас здесь, – проговорил моментально проснувшийся Джеймс, – мы ненадолго.
Протянув мне руку, муж помог сойти на землю и повел к кованым железным воротам.
– Кажется, мы сегодня единственные гости, – тихо предположила я, не наблюдая вокруг ни единого экипажа, кроме нашего. Молчать не хотелось.
Мне никогда не нравились кладбища, навевая смутную тревогу и желание поскорее уйти. Сегодняшний визит не был исключением. Нормальные люди приезжают в новые города и смотрят старые церкви, ратуши, дворцы, фонтаны и парки. А мы… Как же у нас с Джеймсом все неправильно.
