Из-за его спины вывели связанного Муху, заставив упасть перед главным Ликвидатором на колени. Жестом фокусника бессмертный воин извлек из внутреннего кармана пистолет и представил его к затылку Михаила.
– Предлагаю сложить оружие и вернуть нам хронометры, – спокойно, даже ласково произнес он. – Считаю до трех.
Судорожно сжимая верные пистолеты, команда медленно начала опускать оружие, глядя на виноватое лицо друга. По всей видимости, он хотел что-то сказать, но кляп во рту определенно ему мешал.
– Три! – неожиданно для всех гаркнул Ликвидатор и спустил курок.
Словно в замедленной съемке, беглецы смотрели на неказисто заваливающееся тело друга, на кровавые брызги, разлетающиеся в стороны, и на противно растекающуюся по земле бурую жижу. Не осознавая происходящего, действуя на одних условных рефлексах, Артем толкнул Юлю в воду и начал стрелять, невзначай отмечая, как пули пробивают серые мантии, не причиняя противникам никакого вреда.
За считаные секунды расстреляв обойму, командир рухнул на спину, отдавая тело бурлящему потоку и одновременно активируя заряженный хронометр. На мгновение мир вокруг помутнел, и Покровский вывалился на твердую землю, силой приложившись головой о какой-то камень. Рядом потерянно возились друзья, успевшие среагировать не хуже Артема. Заранее оговоренное место для перехода пришлось весьма кстати.
* * *
– Ну и в чем был смысл? – безэмоционально спросил мужчина, стоявший по правую руку от командира Ликвидаторов. Скинув капюшон, он брезгливо пнул мертвое тело. – Ты же обещал до трех считать.
– А кто говорил, что я буду считать вслух? – рассмеялся начальник. – Зато теперь сами к нам приползут, чтобы поквитаться. Осточертело уже за этими сопляками гоняться.
– Они еще дети, – покачал головой один из Ликвидаторов, чье лицо скрывал капюшон. Да и приказ был живыми брать.
– Это их проблемы! – рявкнул главный. – Решили влезть во взрослые игры – пусть отвечают по всей строгости! – Он ткнул стволом пистолета, который все еще сжимал в руке, в сторону тела Мухи. – А этот меня еще по дороге взбесил своими шутками! Надо было ему сразу кляп засунуть. Теперь хоть окончательно заткнулся.
Собеседник обреченно покачал головой, не изъявив более желания продолжать спор.
– Возвращаемся на базу, – приказал командир. – Оставшиеся малолетки теперь нас сами найдут. А большего и пожелать нельзя.
Спустя мгновение Ликвидаторы бесшумно растворились в воздухе, покидая этот негостеприимный мир.
Приземление вышло жестким. Да и сложно где-то отыскать мягкий асфальт. Поморщившись от резкой боли в голове, Артем схватился за поданную Кирсановым руку, тяжело поднялся и пошатнулся.
– У тебя кровь! – вскрикнула Юля, осторожно дотрагиваясь до волос командира. – Давайте скорее в дом!
Все еще прибывая в шоковом состоянии от случившегося, друзья потерянно вошли в подъезд. Рома аккуратно поддерживал Покровского, на что тот только озлобленно скалился, но попыток вырваться не предпринимал. Громова несколько раз нажала на кнопку звонка и облегченно выдохнула, когда с другой стороны двери послышалась возня.
– Привет, мам! – Девушка вымученно улыбнулась. – Я все объясню, но нам срочно нужна аптечка.
– Заходите, – махнула рукой Ксения Витальевна, глядя, как мокрые с головы до ног ребята в военной экипировке заходят в квартиру.
Артема, несмотря на все его возражения, Юля сразу же потащила в ванную, чтобы промыть и обработать рану, а Настя с Кирсановым смущенно застыли в коридоре, стыдливо наблюдая, как по полу растекается грязная лужа.
– Разувайтесь и проходите скорее, – суетливо попросила хозяйка, отошедшая от неожиданного появления гостей. – Сейчас я вам принесу полотенца и из одежды что-нибудь сухое найду.
– Это было бы весьма кстати, – улыбнулась Николаева. – Спасибо.
Пока Громова перебинтовывала командира, переодевалась и помогала маме отыскать сухую одежду для парней, засевших в ванной и терпеливо ожидающих, когда им что-нибудь подберут, Настя, получив разрешение Ксении Витальевны, на скорую руку варила макароны.
– Мамуль, мы быстренько перекусим и все тебе объясним, хорошо? – устало попросила Юлия. – Очень кушать хочется.
Женщина с удивлением наблюдала, как молодежь жадно набрасывается на еще горячие макароны. За все время обеда никто не произнес ни слова, витая в своих мыслях. Решив, что друзьям лучше остаться наедине, хозяйка квартиры благоразумно вышла в гостиную, плотно прикрыв за собой дверь.
– Ну и долго мы будем молчать? – первым не выдержал Рома.
