— Думаю, что смогу убедить командира отдельной Тридцать восьмой эскадры не поднимать большого шума. — хитро прищурился Элмер: — а потом будет поздно. Ведь любой имперский передатчик в своих схемах обязательно использует субчастотные усилители или шунты. После срабатывания ю-зет у них уже не будет возможности обратиться за помощью.
— Даже если мы выиграем этот бой… остается еще нуль-портал в Антлантуме. Через него Империя в любой момент может бросить сюда легионы своих солдат, стоит только Марку попросить Орден и указать на нарушение Великой Конвенции, как те дадут ему столько порталов, сколько он сможет унести за раз. -снова герцог Свен.
— Все мы знаем, что частью Великой Конвенции является и договоренность о том, что Орден не вмешивается в мирские дела. Это во-первых. А во-вторых, Откуда Орден узнает об нарушении Конвенции? Он может узнать об этом, так же как и Марк — только через три месяца. За это время мы уже успеем перевооружить наши войска и сможем противопоставить себя Империи. Вспомните прецедент с системой Аль-Суи. Орден не вмешался тогда, потому, что хоть и была нарушена Великая Конвенция, но восстановление статус кво означало бы еще большие нарушения и жертвы. Конечно, Альянс потом выплатил бешеные штрафы за нарушения Конвенции, плюс на полгода был лишен всех своих нуль-т полномочий, однако система Аль-Суи вот уже две сотни лет является полноправной собственностью Альянса. И потом, потом мне кажется, что я смогу гарантировать и невмешательство Ордена.
— Это они сами тебе сказали? — приущрился герцог Свен.
— Представь себе — да.
— Хм… — задумался Свен. Орден не нарушал данных обязательств, даже данных устно. Просто иногда он, скажем так, довольно вольно трактовал эти обязательства.
— Неужели радиус действия вашей субчастотной бомбы так велик, что подрыв одной на границе системы, во время боя, выведет из стоя аппаратуру на Вериоке? — Орг Деклан заворочался в кресле грузным носорогом.
— А кто вам сказал, что у нас одна бомба? Если понадобится, мы можем засыпать все планеты этой системы субчастотными генераторами.
— Мммм… -
— Ага…
— Что же… — участники встречи погрузились в молчание, обдумывая информацию. Некоторое время Элмер внимательно следил за ними, понимая, что от их решения зависит судьба его плана. Он уже было собрался снова показать все его плюсы, как вдруг с места встала Элейна, бывшая правительница Сунны.
— Чего же вы ждете? — сказала она окружающим: — Когда Империя придет и за вами?
— Элейна… — поморщился Орг Деклан.
— Вы смотрите на меня и втайне усмехаетесь… — та не обратила на него внимания: — Вы думаете — эта сумасшедшая зашла слишком далеко в своих делах и Империя наказала ее. Но вы забываете одну вещь. Какое право было у Марка Второго судить меня? У моего народа есть свой закон, есть свой правитель. И нам не были нужны их указки снаружи, что делать и с кем дружить. Почему Марк Второй напал на мою страну? Потому, что он и его родственники кормятся на боли и страданиях других!
— Погоди-ка, милочка. — с легкой иронией сказал герцог Свен: — ты, что хочешь сказать, что император — вампир?
— У него в собственности семьдесят один процент всей военной промышленности Империи. — ответила Элейна, немного помолчав, добавила: — Да. Он кровопийца…
— Хм… — задумался Свен. Семьдесят один процент военной промышленности — это многое меняло. Значит императору, может быть и не самому, а его родственникам, выгодно, когда где-нибудь идет война и идут военный заказы. Получается, такой человек, действительно кормится болью других. Вампир? Точнее не скажешь.
— И сейчас, когда его аппетиты увеличиваются вы все подобны мышам, разбежавшимся по углам и радостно пищащим, когда кот ест кого-то другого. Но помните — пока он не съест всех, он не уйдет отсюда. Или вы действительно всего лишь мыши перед лицом Марка Второго? — закончила Элейна.
— Итак, приступим к голосованию? — сказал Элмер, обведя всех взглядом. Он знал, что он выиграл.
- Представляешь, схожу я как-то на поверхность, в порту Рио-Гладо, это на внешней орбите Прайма, там одно время наша эскадра была расквартирована. Так, вот, схожу и сразу же, представляешь, в портовом кабачке снимаю себе одну девчонку. Ножки… — Иклан присвистнул и пригладил непослушные лохмы, украшавшие его шевелюру.
— А грудь… стакан можно поставить. И торчит прямо вперед, ну как у этой, Укки Лауне.
— Окки Лоуне. — машинально поправил Перси, встряхивая банку с краской.
— Точно. Я и говорю — Укки. И вот, эта телка вся ко мне прижимается во время танцев, в глаза заглядывает и все такое. Спрашивает про дальний космос и как там, дескать, в бою-то. А я, не будь дурак, перед выходом на поверхность всегда парадный китель надеваю. Там у меня петлицы старые, еще с 'Персея' остались, я одно время на нем стажером ходил. Ну и нашивки остались артиллерийской станции — два скрещенных лазерных излучателя. Издалека на ваши крылышки — один в один похожи. Девки сразу на меня вешаются, думают — пилот истребителя, ха!
