Доковыляв до ванной комнаты, Билл разделся и встал под холодные струи воды. Придя немного в себя, он сделал воду потеплее, смывая с себя следы истерики и отчаяния.
Выйдя из ванной, Билл пошёл на звук разрывающегося айфона. Откопав его в недрах диванных подушек, озадачившись, как он там оказался, Каулитц принял вызов:
- Привет, Жора!
- Так, спасательная операция отменяется, - немного озадачено проговорил Георг.
- Чип и Дейл могут спать спокойно, - Билл прошёл на кухню и достал из пачки, что лежала на столе, сигарету.
- Да мы уже Гайку и Рокфора на помощь позвали.
- А Вжик где? – Билл прикурил и присел на стул, выпуская дым.
- Он за Гайкой и Рокфором помчался. Слушай, ты в порядке? Голос у тебя странный.
- Похмелье у меня, - честно признался Билл и затянулся.
- По какому случаю праздник?
- Скорее траур, - горько усмехнулся Каулитц. – Меня отправляют во Фрайбург на стажировку.
- О! – Листинг удивился. – Какое совпадение, - хмыкнул он в трубку. – Нас с Сэмом тоже.
- А вас за какие грехи?
- Не вдавался в подробности, когда город увидел напротив своей фамилии. Ты как вообще?
- Намыливаю верёвку и табурет готовлю.
- Билл, кончай иронизировать. Всё будет хорошо!
- Твои бы слова… - Каулитц вздохнул. – Встречаемся там?
- Ага! Я квартиру уже снял. Будем жить втроём. Ты же не против?
- А раньше ты не мог меня спросить?
- Тебя лучше перед фактом поставить, чем мнение спрашивать или разрешение. Всё, пока! Встречаемся на месте. Я тебя встречу.
- Не надо. Вышли мне адрес квартиры, сам приеду.
- Как знаешь, - ответил Георг и отключился. Минуты через две Билл получил сообщение с адресом съёмной квартиры. Он даже улыбнулся уголком губ, радуясь, что квартира находится на приличном расстоянии от университета.
* * *
- Как думаешь, как нас там встретят? Я вот думаю, что нам не обрадуются, потому что мы из столицы. Вообще, копы не слишком приятный народ и стажёров они не любят. А ты уже договорился с жильём? Меня тётка приютила. Говорит, мои кузены обрадовались. А я вот не очень. Не люблю я их. Нет, люблю, но иногда они бывают такие… настолько вредными, что начинаешь жалеть об отсутствии пистолета под рукой. А у тебя есть кузены? Ты был раньше во Фрайбурге? Билл, ну кивни хотя бы головой, если меня слушаешь, - попросил Майк. Билл кивнул, не открывая глаз. – Это хорошо! – обрадовался Бёрк и продолжил задавать вопросы, сам себе на них отвечая.
Билл не слушал его, полностью погрузившись в свои мысли. Ещё пару дней назад его жизнь текла в привычном ритме: универ, дом, клуб, встречи с друзьями, универ. Казалось, ничто не способно изменить её, пока не вывесили списки с распределениями. Фрайбург стал для Билла «приговором на смерть». Он так мечтал забыть о нём и никогда не возвращаться, но не вышло. Ладно, полбеды, что он вынужден вернуться в этот город. Но Вселенная видимо решила его добить, и напротив своей фамилии на следующий день Билл разглядел место прохождения практики – полицейский участок № 17, убойный отдел. Он не помнил, в каком участке работает Густав Шефер, но наперёд знал, что в нём.
Во Фрайбурге ярко светлило солнце, когда прибыл поезд из Берлина. Билл и Майк вышли из него и разошлись по разные стороны, чтобы завтра встретиться в полицейском участке. Поймав такси, Билл назвал адрес и попытался расслабиться. Напряжение, которое столько времени копилось в нём, требовало выхода наружу.
Глава 2
Том переступил порог полицейского участка и замер. Удивлённо выгнув бровь, он постарался изобразить на своём лице негодование происходящим – на него загадочно уставились все полицейские. Обернувшись назад, может за его спиной кто стоит, Том снова посмотрел на своих коллег.
- Что? – не выдержав, спросил он.
Полицейские переглянулись, загадочно улыбнулись и громко закричали:
- С днём рождения!
Тут же в холл выкатили тележку с огромным тортом, зажжёнными свечками и цифрой «26» в середине.
- Задувай! – скомандовал Густав, руководивший процессией с тортом.
- Сволочи! – беззлобно обозвал коллег Том и задул свечи.
- Сабантуй ещё в силе? – спросил офицер из дежурки.
- В силе, - подтвердил Том и с сожалением проводил торт, увезённый до вечера. – Хоть бы попробовать дали, - посетовал он.
- Успеешь ещё! – Густав приобнял его за шею и потащил в сторону лестницы. – Скажи-ка мне, друг, какое твоё самое заветное желание? – с загадочными нотками в голосе, задал Шефер свой вопрос.
- Ты знаешь ответ, - ответил Том и скосил на него взгляд. – Где подвох?
- Никакого подвоха! О чём ты? – воскликнул Густав и открыл дверь их кабинета.
- Знаю я тебя, Шефер, опять что-то вы…
Том перешагнул порог, замечая у своего стола двух парней. Блондин не задержал его взгляд дольше секунды, а вот брюнет… Стриженый практически под «ноль», в носу септум, в нижней губе с обеих сторон по колечку пирсинга, в одном ухе пять серёг, а во втором всего одно, синие зеркальные авиаторы и… такая знакомая родинка под нижней губой. Том верил и не верил своим глазам, а сердце упорно твердило – это Билл, это Билл.
