- Плохи дела, Кауэр, - констатировал Билл, встав напротив него. – Бомба под твоей ногой имеет два взрывателя. Первый – твой вес. Как только сойдёшь, она взорвётся. Второй… - Каулитц облизал губы, начиная нервничать.
- Говори! – потребовал Том, глядя на его лицо.
На левой щеке остался след от грязи, которую уничтожал дождь. Билл был немного смешон сейчас и в то же время слишком напряжён.
- Радиоуправляемый, - на выдохе сообщил Каулитц. - В радиусе от пятисот до семисот метров может сидеть тот, чей палец сейчас находится на кнопке пульта управления. Ты понимаешь, что это значит, - Билл заглянул Тому в глаза.
- Понимаю, - выдохнул Кауэр.
- Если у тебя есть грехи, начинай исповедоваться, - пошутил Билл, надеясь разрядить напряжённую обстановку.
- У меня много грехов, Билл, - улыбнулся Том. – С чего начать?
- С самого важного. А я пока попробую обезвредить бомбу.
- Ты умеешь? – удивился Кауэр.
- Роберт меня многому научил. Стой смирно и не двигайся.
- Курить хочу, - пожаловался Том, сильнее сжимая пальцами найденную карту. Он уже жалел, что направился к берегу реку. Что подобрал эту чёртову карту. Не нужна она была ему. Это он только сейчас понял.
- Я принесу.
Билл вернулся к джипу, обошёл его и подошёл к Густаву.
- Нужен зонт, сигареты, зажигалка и инструменты.
- Какие? – сглотнув, поинтересовался Шефер.
- Том стоит на бомбе. У неё два заряда. Чтобы её обезвредить, нужно отключить оба. Я не могу подобраться ни к одному сейчас.
- Вызываем сапёров? – спросил Стив.
- Да, - уверенно ответил Билл. – Но обезвреживать её буду я.
- Почему ты?! – удивился Патрик.
- Можешь ты, если тебе не дорога жизнь Тома, - огрызнулся Каулитц, посмотрев на него. – Единственный человек, - Билл повернул голову на Густава, - который может обезвредить оба заряда… - он облизал губы, замолчав.
- Билл, говори, кто это! – потребовал Густав.
- Роберт. Роберт Каулитц, - ответил мальчишка. – Эта бомба… Без Роберта нам не справиться.
- Я звоню Морицу, - заявил Густав, похлопав себя по карманам. – Тим, сигареты, зонт, зажигалку. Живо!
- Уже принёс, - ответил тот и метнулся в сторону своей машины.
- Патрик, звони сапёрам. Скажи, что у нас ЧП и пусть пошевеливают булками. У них десять минут.
- Считай, они уже здесь, - ответил Мозес и достал из кармана телефон, набирая командира отряда полицейских сапёров.
- Всем немедленно освободить территорию! – приказал Шефер и достал наконец-таки телефон из кармана. – Сколько у нас времени? – обратился он к Биллу.
- Я не знаю. Если не сработает счётчик времени, то долго, а если… Я даже думать о плохом не хочу.
- Вот, - Тим передал Биллу зонт, пачку сигарет и зажигалку.
- Спасибо! – поблагодарил его Каулитц. – Мне нужно много света. Как можно больше света.
- Как только прибудут сапёры, проверят территорию, мы установим фонари, - пообещал Густав. – Я звоню Морицу, а ты иди к Тому. Билл, мы справимся, - пообещал ему Густав.
- Я очень на это надеюсь, - ответил тот и медленным шагом, по своим же следам, которые почти уничтожил ливень, вернулся к Тому.
Все полицейские покинули берег реки, вернувшись к своим машинам. Насколько бы не были они суеверными сейчас или верующими, но все как один мысленно начали молиться.
Раскрыв зонт над головой Тома, Билл передал его ему, а сам дрожащими пальцами достал из пачки две сигареты, прикуривая сразу обе. Одну передал Кауэру. Затянувшись, парни одновременно выпустили дым в сторону, немного успокаиваясь.
- Знаешь, чего я ещё хочу? – спросил Том.
- Чего? – посмотрев ему в глаза, поинтересовался Билл.
- Поцеловать тебя.
- Ну так целуй, - выбросив сигарету, Билл осторожно обхватил ладонями лицо Тома и приблизился к его губам.
Том очень сильно хотел приобнять парня за талию и прижать к себе, но не мог этого сделать. В одной руке был зонт, а во второй тлела сигарета. Выбросив её, он накрыл затылок парня ладонью, наклоняя голову вбок и углубляя поцелуй. Если это последний раз, то пусть он запомнится.
Дрожащими губами, не от холода, а от страха, Билл отвечал на нежный поцелуй. Он чувствовал, что Том вкладывает в него не просто нежность, а свою любовь и… Он прощался с ним. Это злило, пугало, обижало, заставляло сопротивляться, но разорвать поцелуй, чтобы накричать на сдающегося мужчину не было сил. Каулитц поглаживал острые скулы, надеясь, что таким образом он успокоит Тома. Но у самого нервы были натянуты до предела.
Том разорвал поцелуй и, не отпуская затылок парня, упёрся своим лбом в его, нервным тоном голоса проговорив:
- С*ка, совсем не романтично целоваться, стоя одной ногой в гостях у старушки Смерти.
- Я не отдам тебя ей, - пообещал Билл.
- Очень на это надеюсь, - тихо проговорил Кауэр. - Об одном сейчас жалею.
- О чём?
- Ты больше не будешь моим.
У Билла сердце сжалось. Он понимал, что Том сейчас прав. Если всё пойдёт не так, бомба взорвётся. Если он заденет или перережет не тот провод, оба взлетят на воздух, и в морге их будут собирать по частям.
