- Как обстоят дела? – рядом с Густавом встал комиссар полиции Мориц.
- Ждём, - отчитался тот.
- Почему все сапёры здесь, а не там? – строго спросил шеф у Шефера.
- Билл запретил приближаться им.
- Билл?! – удивилась Гертруда. – Кто такой этот Билл и почему он запретил опытным сапёрам приближаться к ним?
- Билл, он… - Густав знал историю вражды между семьями Каулитц, Кауэр и Мориц, поэтому и не мог подобрать нужных слов.
- Он сын Фридриха, - облегчил задачу своему детективу Мориц. – Ничего сейчас не говорите, - заметив желание своей сестры и зятя высказаться по этому поводу, опередил он их. – Я сам был в не меньшем шоке, когда узнал.
- Как только это всё закончится, ты подпишешь рапорт Тома на отставку, - заявил Николаус.
Мориц промолчал, прекрасно зная, что Том ни за что не напишет рапорт, а он ни за что его не подпишет. Ханна, жена, взяла его за руку, подбадривая.
* * *
- Я не могу, - с отчаянием прошептал Каулитц, опустив голову к груди.
- Билл! – тихо позвал его Том.
- Не могу, она…
- Билл, посмотри на меня. Пожалуйста! – мягким требовательным тоном попросил Кауэр.
Каулитц встал на ноги и посмотрел в глаза тому, кто ждал от него помощи. Он не видел в них страха, но прекрасно знал, что в его глазах он присутствует.
- Я не боюсь. Правда, не боюсь, - тихо заговорил Том. – Ты рядом со мной. И пусть наша первая встреча не была такой, какой я себе её представлял, но… - Кауэр облизал пересохшие губы и продолжил: - Я люблю тебя, Билл! И я…
- Я тебя тоже люблю, Том! – перебив его, выпалил Каулитц. – Я строил непонятную стену, думал, что за ней легко будет скрыться от чувства предательства. Я ошибся. Как всегда ошибся, ведь… Когда тебя убил… Думал, что убил, занялся боевыми искусствами, вымещая все свои страхи на противниках. А с тобой… Я ведь полюбил и сильно, поэтому мне было больно. Если бы ты мне всё рассказал, я бы помог, не отказал, но… - Билл опустил взгляд на свои руки, сжимавшие небольшие кусачки.
- Эй, - Том поднял его лицо за подбородок двумя пальцами, - ты справишься. Ты ведь смог однажды выстрелить в меня. Сможешь и это. Это ведь не сложно.
- Я не…
- Ты знаешь, как её обезвредить. Вспомни всё, чему тебя учил Роберт. Я бы мог исповедоваться тебе всю ночь, но у нас даже получаса нет. Поэтому, если хочешь моей исповеди, поторопись.
Билл согласно кивнул и снова присел. Размяв мышцы шеи, он прилёг на землю, направив луч фонаря на взрыватель. Заметив, что один из контактов расположен не так, Каулитц задумался. Что могло привести к этому? Проследив, куда подходит провод, Билл осторожно протиснулся между другими кусачками и задержал дыхание. Если он перережет не тот провод, они подорвутся.
* * *
- Почему я должен это делать? – возмущённо спросил Билл у Роберта и подошёл к столу, где лежала бомба.
- Ты должен уметь её обезвреживать, как и другие, - ответил Роберт и встал напротив.
- Ваши бомбы слишком хитрые, - проворчал Каулитц, помня свой прошлый опыт, когда, перерезав не тот провод, он был вынужден выбросить всю свою одежду, потому что краска не отмывается.
- Запомни, ребёнок, у каждой бомбы, как и у любой системы, есть своя слабость. Важно знать, где искать эту слабость.
- И какая же слабость твоей бомбы? – недовольно поинтересовался Билл.
- Два детонатора. Две цепи проводов. Ты ни за что не определишь, какой идёт куда, если не присмотришься. Попытаешься обезвредить один – сработает второй. Вывод?
- Подорвёшься.
- Нет, - подмигнув, Роберт подвёл Билла к другому столу, где находилась точно такая же бомба, но на неё был положен кусок тяжёлого металла. – Это вес человек, неважно какой он – толстый или худой, бомба запоминает определённый. Как только ты попытаешься изменить его, сработает таймер и у тебя на спасение останется всего тридцать минут.
- То есть, за эти тридцать минут я должен буду убежать, как можно дальше? – удивлённо спросил Билл.
- За эти полчаса ты должен определить, какой провод перемыкает таймер. Но не рассчитывай на то, что бомба будет обезврежена. Пять секунд, чтобы успеть забросить её куда-нибудь и спрятаться.
* * *
Билл закрыл глаза, успокаивая расшалившиеся нервы. Он удачно вспомнил тот урок, который ему преподал Роберт и очень надеялся, что тот умник, который установил бомбу здесь, ничего не изменил.
Отыскав глазами нужный проводок, закусив изнутри щёку, Билл дрожащей рукой перерезал его.
Щелчок.
Оба вздрогнули и приготовились к взрыву, но его не произошло. Оттолкнув Тома в сторону, Каулитц выковырял из грязи бомбу и забросил её в реку. Кауэр схватил его поперёк талии, повалив на землю. В следующую секунду под водой раздался взрыв и в небо взмыл столб воды, обрушившись на парней.
Полицейские и родители Тома сделали шаг назад, проводив взглядом столб воды. А затем, как по команде, побежали к парням.
- Том, Том, ты жив? – взволновано спросил Густав, падая рядом с ним на колени.
- Кажется, да, - ответил тот, пытаясь сесть. – Билл?
