Стажировка богини полностью

Она устала всё контролировать, страдать, разочаровываться. Устала от неведения, лжи и предательств. Истосковалась по ласке, наслаждению и крепкому мужскому телу.

Сейчас совсем не хотелось вспоминать, что скоро кто-то снова умрёт, что Сибиллу практически вынесен смертный приговор, а ей самой уготовано низвержение, которое невозможно пережить.

Хотелось хотя бы на мгновение забыться. И Альфэй поддалась соблазну, манящим губам, жаркому шёпоту, мощному напору, головокружительной страсти. Растворилась в неге, слилась в экстазе с тем, кого действительно… Кому доверяла несмотря ни на что. Даже когда их взгляды и убеждения расходились, она знала, что Сибилл выберет лучшее из возможного. Выберет на свой лад.

Сибилл неотрывно смотрел на неё, выстанывал её имя, нашёптывал слова любви. Взгляд его лучился, переполненный счастьем и внутренним светом. От этого становилось самую чуточку больно и очень-очень сладко.

Как же она теперь пожалела, что держала его на расстоянии. Это бы ничего не изменило, но… Возможно, принесло им немного счастья. Во всяком случае, в объятиях Сибилла Альфэй чувствовала себя именно так. Силы словно прибавлялись с каждым прикосновением и движением. Усталость растворилась без следа.

Альфэй рывком толкнулась навстречу навалившемуся сверху Сибиллу, который держал её руки над головой. Он понятливо перекатился на спину, увлекая за собой, и она оседлала его сверху.

Волосы рассыпались по спине, прикрывая наготу, щекоча и путаясь.

— Фэй! — мучительно выгнулся ей навстречу Сибилл.

Впрочем, запястья Альфэй из рук он так и не выпустил. Сибилл запрокинул голову, тяжело дыша и неразборчиво выстанывая нежности и откровения.

Время для нападения показалось самым удачным. Альфэй могла призвать кинжал, она уже пробовала украдкой, и всё получилось. Могла использовать заклятье и сырую силу для нападения, но… Ударить такого разнеженного, ничего не подозревавшего Сибилла оказалось выше её божественных сил.

Потом. Она сделает это после. Когда он выпустит её из своих объятий, перестанет целовать и прикасаться с вымученной радостью, прекратит смотреть с трепетом и невыразимой любовью.

А пока что… Альфэй наклонилась за новым, переворачивающим всё в душе, поцелуем.

Семья Се знаменита и неприлично богата. Они владеют контрольными пакетами акций всех самых значимых агентств шоу-бизнеса страны. Но не это главное. В семье Се рождаются сильнейшие охотники на монстров. Даже без специальной подготовки они справляются эффективнее прославленных родов и кланов заклинателей.

Дземин — лучший охотник семьи. Куда хуже ему удаётся учёба в школе с такими же богатенькими детьми и работа фотомодели и «лица» семьи Се.

Отец твердит, что Дземин наследник семьи Се, поэтому ему нельзя бегать и играть, как прочим детям. Нельзя плакать и смеяться. Нельзя повышать голос и говорить глупости. Нельзя выглядеть неопрятно, вести себя неподобающе, быть непочтительным.

«Нельзя-нельзя-нельзя…» — настойчивым многоголосым эхом ввинчивается в виски отовсюду. Преследует по пятам, куда бы он ни направился.

Он искренне ненавидит всё это: семью Се, отца, свой долг и себя самого. С виду благопристойный юноша, он самый непочтительный ребёнок в Поднебесной. Он хорошо учится, помогает в семейном бизнесе. И постоянно слышит в спину:

— Сам по себе наследник семьи Се — пустое место. Он ничего не стоит, живёт на всём готовом. Если бы не богатая семья… Если бы не сильная кровь… Если бы не…

Всем плевать, что он в одиннадцать лет может убить монстра, который истребил семью более слабых заклинателей. Никому и дела нет, что он тренируется и учится целыми днями. Безразличие и предвзятое отношение душат.