Если бы мать была жива…
Но мамы давно нет, а отец слишком большая шишка, и положение обязывает его взять другую… Он сменил двух жён, которые нарожали ему двух дочерей и одного сына. Пока их место не заняла любовница отца, которая добилась своего и стала четвёртой женой — эта певичка, только и умеющая, что трясти своими «прелестями». Отец прислушивается к своей ненаглядной Джу, а эта тварь рвётся к влиянию, власти, популярности.
Дземин убивает всё новых и новых монстров — это он умеет лучше всего, делает, как велит отец, который его хвалит и ставит в пример. Младший брат и сёстры завидуют и пакостят кто мелочно и жалко, кто по-крупному и опасно.
Кругом обман и интриги.
Кто бы знал, как Дземин всё это ненавидит!
Нет никакой разницы между друзьями и прислугой. Все лебезят, льстят, выискивая слабое место, чтобы укусить больнее. И доносят на него мачехе Джу.
Единственная отдушина — обязательства в семейном храме. Тут никто не смеет беспокоить его пустой болтовнёй, нравоучениями, требованиями, обвинениями. Они поклоняются богине-родоначальнице и покровительнице семьи — далёкой много раз «пра-пра» бабушке Се Дземина, которая благодаря своей праведности вознеслась на небеса и стала богиней при жизни.
Маленькому Се Дземину кажется, что величественная статуя много раз «пра-пра» бабули смотрит на него и охраняет от многочисленных родственников и обязанностей перед семьёй Се.
* * *Детство заканчивается быстро. Едва он входит в нужный возраст, как его женят на родственнице мачехи Джу. Отец делает всё, что велит ему эта стерва.
Не иначе как чудом и благоволением бабули-покровительницы Се Дземин дожил до совершеннолетия, тогда как его менее удачливый брат погиб. Остался только немощный сын мачехи Джу и сёстры, которых пригретая отцом змея выдаёт замуж за всяких «нужных» проходимцев.
Жена Дземина, одна из многочисленных племянниц мачехи, забеременела. Целитель утверждает, что у него будет сын.
На сердце неспокойно, и Се Дземин проводит всё больше времени в семейном храме. Молитвы ненадолго успокаивают.
— А ты знаешь, что эта твоя бабка, — его уединение грубо нарушила мачеха Джу с двумя охранниками, она невоспитанно тычет пальцем в статую бабули-покровительницы: — шлюха!
Дземин хочет вскочить, но голова кружится. Он видит на алтаре благовония, слишком приторный запах, непривычный. Его окружают и очень быстро подавляют, ставя на колени перед злобной сукой.
