Церковь. Церковная служба. Девушка входит в церковь, осматривается, зажигает свечу, видит пожилого господина, Писателя, того самого, который был в первой сцене мужской версии, и бывшую жену Давида Сенмута. Девушка вытаскивает у писателя бумажник. Перекрестившись, опускает его в карман бывшей жены Давида Сенмута.
Сцена VКвартира Девушки. Девушка разворачивает коробку с улиткой, рассматривает ее. Звучит музыкальная тема улитки. Девушка рассматривает на свету серебристый порошок, разумеется не подозревая о том, что он смертельно опасен. Несколько раз встряхивает улитку. Потом запаковывает ее в коробку и завязывает бант. Девушка раздевается, она очень довольна, включает музыку. Девушка подходит к окну. Над рекой ночь. Девушка ложится в постель, гасит свет. И тут же, как при контрастном монтаже, комнату заливает солнце, звонит телефон. Девушка вскакивает с постели, отдергивает занавеску на окне — солнце стоит высоко. Девушка снимает с телефона трубку.
Женский голос. Алло, малышка, это твой бутик. Сегодня сочельник. Так что хорошего тебе праздника. Хочу напомнить, что ты сегодня в утренней смене. А потом, вечером, можешь быть свободна. Пока…
Девушка быстро одевается и выходит.
Сцена VIНебольшая уютная площадь в городе. Девушка спешит на работу и видит, что на площади группа артистов репетирует рождественское представление, которое они покажут завтра. Девушка с интересом наблюдает за артистами. Приближается Мужчина в черном и, заметив девушку, направляется прямо к артистам.
Мужчина в черном. Итак, вы прибыли, господа артисты? Что же вы нам сегодня сыграете? Завтра, знаем-знаем, завтра вы будете ходить по домам с рождественским представлением, ну а сегодня? Чем вы сегодня развеселите эту хорошенькую барышню, а заодно и нас всех?
Артист. Заплати — узнаешь.
Мужчина в черном платит. Тут же начинается представление. Артисты прикрепляют на дверь соседнего здания табличку с надписью: «ВХОД В АД». Ниже еще одну табличку: «ВХОД ПЛАТНЫЙ. ОДИН ГРОШ С ЧЕЛОВЕКА». У входа встают три демона — христианский (это демон-женщина), исламский и еврейский. Один молодой артист изображает бека в чалме, он расхаживает по площади, рассматривая двери.
Бек.
Вспомнить мне бы надо всех отцовских женщин,Что когда-то с ним соединялись,Паломниц, что меня кормилиЖеваным хлебом и вином,И нищенок, что на распутьях дорогГрудью меня питали!И вспомнить бы мне надоВсе другие страсти в жизни его,Все косы на кладбищенских крестахИ любови, что они скрывали,Всех матерей, что моими быть хотели,Женщин всех, что были матерьми мне…Женщина-демон. Ты что-то ищешь, бек?
Бек. Ищу свою дорогу. Дорогу в ад.
Исламский демон. А знаешь ли ты, почему стоишь здесь?
Бек. Где?
Женщина-демон. Как «где»? Знаешь ли ты, почему стоишь у входа в ад?
Бек. Потому что я согрешил.
Еврейский демон. Ты согрешил тем, что умер и попался нам в лапы.
Бек. Значит, это вход в исламский ад?
