– Все отлично, спасибо. Если вы успели вникнуть в цифры… – Он надеялся, что все быстро посмотрят на цифры и согласятся обсудить их позже, но совещанию, судя по всему, было суждено длиться вечно.
– Увы, мы успели, – сказал Д’Амбросио. – Просто безумие.
– Что ж. Как видите, перед нами возникла серьезная проблема в виде избытка мощностей.
– Самое мягкое заявление с начала чертова двадцать первого века, – язвительно откликнулся кто-то.
– Разумеется, это коснулось не только нас. Сегодня утром у меня был интересный разговор с другом из CMA. У них простаивают суда рядом с побережьем Малайзии.
– Просто стоят? – Миранда была младшей коллегой Леона в Торонто, а затем в офисе в Нью-Йорке, до того как его перевели в статус консультанта. Теперь она получила бывшую должность Леона, его офис и телефонный номер – все, за исключением его прежней зарплаты.
– Пока да. Просто стоят и пережидают.
– Любопытная мысль, – сказал Д’Амбросио. – Любопытная в том плане, что, наверное, она лучшая среди всех плохих вариантов.
– Тогда у нас получится странная призрачная флотилия. – Это сказал Дэниел Парк, который работал с Леоном в Торонто и теперь возглавлял отдел в Азии. – Так, может, мы просто спишем в утиль пару старых кораблей?
– Мне кажется, это будет гарантированное решение временной проблемы, – сказала Миранда.
– Но этот период спада, – возразил Парк, – этот хаос, назовите как угодно…
– Период затянувшейся неопределенности, – вставил ироничным тоном один из европейских представителей, процитировав утренний доклад. Он был из Германии и появился в компании относительно недавно. Леон не запомнил его имени.
– Да, верно, какие эвфемизмы ни придумывай, такая ситуация может длиться годами. Готовы ли мы несколько лет обслуживать флот невостребованных кораблей у побережья Малайзии?
– Для обслуживания не надо много персонала, – сказал Леон. – Основная часть экипажа, всего несколько человек на борту, чтобы держать суда на плаву.
– Тогда, может быть, мы должны установить временной лимит, – отреагировал немец.
Вильгельм, вспомнил Леон, его звали Вильгельм, но какая у него была фамилия? Его беспокоило, что он не мог ее вспомнить. Раньше он знал всех руководителей старшего звена.
– Может, сейчас мы поставим корабли на якорь и вернемся к этому вопросу через год-два, и если они нам больше не понадобятся, спишем их.
– Звучит как разумное предложение, – сказал Д’Амбросио. – Есть другие идеи, возражения?
– Остается вопрос новых судов «Панамакс», – произнесла Миранда.
Над столом пронесся коллективный вздох. Компания заказала два новых судна в далеком блаженном 2005 году, когда спрос казался бесконечным, они едва с ним справлялись и заключили контракт на покупку судов, оплатили их и два с половиной года ждали, пока их построят. Эти вызывающе ненужные корабли должны были прибыть с судоверфей в Южной Корее через шесть месяцев.
– Мы отправим их прямиком к призрачной флотилии. – Д’Амбросио взглянул на часы. – Джентльмены, Миранда, боюсь, у нас вышло время. Давайте продолжим завтра. Вильгельм, если вы сможете подготовить анализ…
Совещание наконец завершилось, присутствующие разбились на группки или ринулись на уже начавшуюся конференцию. Леон вышел вместе с Дэниелом.
– Ты собираешься на дискуссию о прогнозах развития экономики? – спросил Дэниел.
– Думаю, пропущу. За последние четыре месяца я и так по уши застрял в прогнозах развития экономики.
– Да уж, мы все застряли.
В коридоре было на несколько градусов холоднее, чем в конференц-зале; кондиционеры в Лас-Вегасе нагоняли зимнюю стужу. Двое молодых сотрудников отеля отмывали грязные кружки от кофе и выпечки.
– Я позвоню жене, – сказал Дэниел. – Встретимся после обеда?
– С удовольствием.
Было приятно немного побыть в одиночестве, не слышать банальных восклицаний об экономическом коллапсе и не вступать в истерические разговоры о перспективах в сфере перевозок. Леон налил себе кофе с ароматом фундука и вышел в холл.
Миранда ушла с совещания раньше, чем он, и теперь сидела чуть поодаль на диване и что-то писала в блокноте. Скорее не писала, а делала наброски, судя по движениям руки, за которыми он с интересом наблюдал. Она начала свою карьеру в компании с позиции его помощника по административным вопросам, и теперь в это с трудом верилось. Он кашлянул, и она перевернула страницу и положила блокнот на кофейный столик, чтобы он не увидел, чем она занималась. Она делала так уже не меньше сотни раз, и он предпочитал ее не расспрашивать. Леон всегда с уважением относился к чужому личному пространству.
– Вы тоже пропускаете дискуссию об экономических прогнозах, – заметила она.
– Вся эта конференция – и так сплошная дискуссия об экономических прогнозах. Я решил, что кофе важнее.
– Мне нравятся ваши приоритеты. Кстати, интересная идея насчет стоянки кораблей у побережья Малайзии.
– Вы не против, если мы поговорим о чем угодно, кроме экономического кризиса? – спросил он.
– Вовсе нет. Я подумываю сочинить какой-нибудь повод и уйти завтра пораньше.
– Как, вы разве не наслаждаетесь атмосферой еле сдерживаемой паники?
