Стеклянный зверинец полностью

Они улыбаются друг другу. Лаура приседает подле Джима, и оба начинают листать страницы.

Джим держится так непосредственно, что Лаура чувствует себя свободно.

Лаура. Вот вы в «Пиратах из Панзанса».

Джим(задумчиво). В этой оперетте я пел главную партию.

Лаура(восхищенно). Замечательно пели!

Джим(польщенный). Ну, что вы…

Лаура. Да-да, замечательно!

Джим. Вы и в самом деле слышали?

Лаура. Три раза!

Джим. Не может быть?

Лаура. Правда.

Джим. Все три представления?

Лаура(опуская глаза). Да.

Джим. Зачем?

Лаура. Я хотела… попросить у вас автограф.

Джим. Почему же не попросили?

Лаура. Вас всегда окружало так много друзей, не было подходящего случая.

Джим. Нужно было просто…

Лаура. Вы могли подумать, что я…

Джим. Что мог подумать?

Лаура. Ну, всякое…

Джим(приятное воспоминание). Да, девицы меня тогда буквально осаждали.

Лаура. Вы пользовались необыкновенной популярностью!

Джим. Было дело…

Лаура. Вы так… располагали к себе…

Джим. Избаловали-таки меня в школе.

Лаура…всем нравились.

Джим. И вам?

Лаура. И мне… (Аккуратно закрывает книгу, лежащую у нее на коленях.)

Джим. Однако… Дайте-ка мне вашу программку. (Лаура дает ему программу «Пиратов». Он ставит на ней размашистую подпись.) Пожалуйста… лучше поздно, чем никогда!

Лаура. Ой, вот это сюрприз!

Джим. Моя подпись немного сейчас стоит. Но кто знает, может, когда-нибудь ее ценность повысится! Разочароваться — это одно, упасть духом — совсем другое! Да, я разочаровался кое в чем, но я не падаю духом. Мне всего двадцать три года. А сколько вам, Лаура?

Лаура. Двадцать четыре будет в июне.

Джим. Совсем немного!

Лаура. Я знаю, и все-таки.

Джим. Вы закончили школу?

Лаура(нехотя). Нет.

Джим. Перестали посещать занятия?

Лаура. Я провалилась на выпускных экзаменах. (Поднимается, кладет на место книгу и программу. С усилием.) Как поживает… Эмили Мейзенбах?

Джим. А, эта немка…

Лаура. Зачем вы так ее называете?

Джим. Она и в самом деле немка.

Лаура. Вы не встречаетесь с ней?

Джим. Ни разу не видел.

Лаура. В хронике сообщали, что вы помолвлены!

Джим. Знаю, но меня этим не возьмешь!

Лаура. Так это неправда?

Джим. Было правдой только в ее восторженном воображении.

Лаура. А-а…

Надпись на экране. «А что вы делали после школы?» Джим, закурив сигарету, непринужденно откинулся на локти и улыбается Лауре, и от его широкой обаятельной улыбки она словно вся засветилась. Лаура задерживается у стола и, чтобы скрыть смятение, вертит в руках стеклянную фигурку.

Джим(после нескольких задумчивых затяжек). А что вы делали после школы?

Лаура будто не слышит вопроса.

А?

Лаура поднимает глаза.

Джим. Я говорю, что вы делали после школы?

Лаура. Ничего особенного.

Джим. Целых шесть лет прошло — ведь чем-нибудь вы занимались?

Лаура. Занималась.

Джим. Чем же?

Лаура. Училась делопроизводству в Торговом колледже.

Джим. И как, удачно?

Лаура. Нет, не очень… пришлось уйти… Меня… тошнило…

Джим добродушно смеется.

Джим. А теперь что делаете?

Лаура. Ничего… Только не подумайте, что я бездельничаю! У меня массу времени отнимает коллекция. Стекло ведь требует ухода.

Джим. Простите, какое стекло?

Лаура. Моя коллекция… стеклянных фигурок. (Откашливается и снова отворачивается в смущении.)