И тут мешок над его головой взорвался, как шаровая молния. Мальчик испуганно завизжал и отпрыгнул в сторону, ученые бросились врассыпную в поисках укрытия. Огненный шар упал на голову Атаро, запалив на нем волосы и одежду. Бедняга закричал, заметался и врезался в прозекторский стол. Воды под рукой не оказалось. Ученому грозили серьезные ожоги.
Его коллеги и охранники словно бы разом окаменели и только беспомощно озирались.
– Ваше высочество! – крикнула Мэкодэ Дзэгате, травница с Туноа, подбегая к Тэре. – Можно взять ваш халат?
Принцесса сразу сообразила.
– Отличная мысль!
Не колеблясь, она сдернула с себя толстый зимний халат и с помощью Мэкодэ и Сами закутала объятые огнем голову и плечи Атаро Йе, после чего женщины повалили его на землю и катали, пока не убедились, что пламя погасло. Атаро сел и медленно стащил с головы халат Тэры, как невеста фату. Огонь опалил ему бороду и большую часть волос, но ожоги на лице и на шее оказались сравнительно легкими.
– Вам поможет мазь из ледяных лилий и мятного желе, – сказала Мэкодэ, осмотрев пострадавшего. – Но несколько дней болеть будет сильно.
– Спасибо, – произнес ученый, с благодарностью глядя на Тэру, Сами и Мэкодэ.
Дзоми тем временем раздавала всем находящимся в пещере указания:
– Откройте двери, чтобы впустить свежий воздух! Не вскрывать больше мешки гаринафинов, и проследите, чтобы тут не было открытого огня!
В другие времена картина того, как три женщины, одна из них принцесса в исподнем, катают старика по полу, словно бревно, породила бы кучу слухов и насмешек, но сейчас все в пещере понимали, какой храбрый поступок совершили Тэра, Сами и Мэкодэ. Дзоми Кидосу захлопала в ладоши, остальные подхватили, и вскоре свод пещеры огласился дружными аплодисментами.
– Вы определенно преподали мне урок, – произнес смущенный Атаро. – Если даже человек много лет живет на свете, это еще не означает, что он нажил ума. Как вам удалось сохранить спокойствие и понять, что делать?
Мэкодэ рассмеялась:
– Я выросла в бедной семье и готовила на всех, так что провела на кухне, надо полагать, больше времени, чем все остальные из вас, вместе взятые. Нередко от огня на плите загорается юбка, вот я и научилась, как себя вести в подобных случаях. Подозреваю, что у Сами тоже есть такой опыт.
Сами кивнула.
– Даже обучаясь, я по-прежнему готовила еду для братьев и родителей.
Атаро обратился к Тэре:
– Только не говорите, что и вы осваивали эту технику на кухне.
– Ну, не совсем. – Принцесса широко улыбнулась. – Когда мой отец был еще юным, его друг, будущий секретарь предусмотрительности Кода, попал под атаку огненными бомбами. Папа сообразил: чтобы спасти Рина, нужно отделить пламя от воздуха. Эта история запала мне в память, поэтому сейчас я без долгих размышлений стала действовать.
Атаро кивнул:
– Хвала богам, что вы здесь.
С того дня ученые стали относиться к Тэре, Сами и Мэкодэ как к равноправным членам команды. Когда девушки высказывали свое мнение или делились с остальными наблюдениями, к ним прислушивались.
У Дзоми и Тэру было много общего: они не только вместе работали в лаборатории, но и родные обеих пострадали от жестоких льуку. Все это соединило молодых женщин особыми узами. Они вместе ели, а свободные часы проводили за обсуждением исследования гаринафинов, принципов механики, военной тактики и всего прочего, что взбредет на ум.
Изучение гаринафинов замедлялось, поскольку ученые тонули в бесконечных спорах о природе воздушных мешков и о том, как можно сопоставить их с наблюдениями за поведением удивительных крылатых зверей. Теорий рождалось слишком много, и все приуныли, когда императорский посыльный из Пана передал требование ежедневно присылать отчет о ходе работ, напомнив всем о надвигающейся войне с льуку.
Как-то раз случилась гроза, и, когда дождь прекратился, Тэра убедила Дзоми сделать перерыв и подняться на вершину утеса.
– Ну разве это не красиво? – воскликнула принцесса.
Умиротворенный океан был темно-бирюзовым. Из-за туч выглянуло солнце, и на небе повисла радуга.
Дзоми улыбнулась и указала на радугу.
– Что такое? – Тэра приложила ладонь козырьком ко лбу и стала вглядываться в указанном Дзоми направлении, думая, будто та высмотрела что-то на горизонте.
Дзоми снова улыбнулась и указала на радугу.
– Это загадка? – спросила принцесса.
И опять Дзоми улыбнулась и показала на радугу.
– Я сдаюсь. Растолкуй, что ты хочешь мне сказать.
Улыбка Дзоми стала печальной.
– Мать поведала мне однажды легенду о богах и Календарной дюжине. В той легенде повелитель Луто тоже отвечал на все вопросы таким вот образом. Окружающие были окончательно сбиты с толку.
– Мне бы хотелось как-нибудь послушать эту легенду, – заметила Тэра. – Жаль, что мне не довелось встретиться с твоей матерью.
– Оба моих родителя были хорошими сказителями, – промолвила Дзоми. – И легенду эту лучше рассказывать на диалекте Дасу. Я слишком долго жила далеко от дома и утратила особенности тамошнего говора.
Они стояли рядом, и Тэра сочувственно обняла Дзоми.
