-- После войны, -- не своя взгляда своих искусственных глаз с названия, продолжала эта рыжая, -- Та платформа какое-то время ещё продолжала работать, но из-за близости границы стала конечной. Представляешь: сама станция в России, а оборотные тупики -- в Азовской Республике! Ха-ха! -- грустно хихикнула она, -- Поезда просто дальше уехать не могли, и обе стороны закрыли до поры до времени на это глаза. Пока не возвели Стену. Из-за близости границы "Театральную" закрыли, на сей раз окончательно. Грустно вышло -- получается, всего десять лет просуществовала...
Слова Настасьи неожиданно прервал донёсшийся откуда-то из соседнего тоннеля чуть слышный, всё нарастающий шум. Стоя в полуметре от края платформы, Саша почувствовал, как мраморный пол под ним начал ощутимо дрожать. Светильники противно задребезжали, в воздух поднялись белые клубы пыли, волосы Настасьи заколыхались от ветра. Удивлённый, Саша хотел спросить, что происходит, но стоило ему открыть свой рот, как из тоннеля позади донёсся оглушительный грохот.
Из выходного портала на полной скорости вылетел поезд метро. Затыкая уши, стараясь не слышать эту громогласную походку, Саша успел заметить: это не шестивагонная "стрела". О нет -- состоящий из четырёх соединённых гофрированными "гармошками" секций, состав выглядел очевидно более округлым, нежели его собратья. Чёрная крыша, ярко-чёрные бока с серебристой, блестящей в тусклом свете фонарика окантовкой окон и дверей делали поезд совершенно не похожим на другие. Тем удивительнее было его появление: проехав станцию "Театральная" без остановки, полупустые вагоны стремительно скрылись в тоннеле, оставив после себя медленно оседающую на рельсы побелку.
-- Ты ж говорила, станцию закрыли! -- оглушённый, Саша громко крикнул абсолютно невозмутимой Настасье.
-- Станцию -- ответила она, -- Но не линию.
-- Не понял?
-- Ещё раньше, сразу после разделения города встал вопрос, -- пояснила южанка, -- Как соединить оторванный от основной территории пятачок вокзала... -- здесь Настасья сделала короткую паузу, чтобы сдержать рвущийся наружу чих, -- С большой землёй. Я тебе уже говорила, что поезда с Октябрьской линии легко могли доехать дальше до "Комсомольской"?
Саша неуверенно кивнул.
-- При проведении границы часть Астраханской линии, от "Астраханского переезда" до "Комсомольской" плюс пересадочный с Московской на Октябрьскую "Вокзал", оказались в Южном Саратове. Ты же замечал, что ваши поезда на красной проезжают его без остановки, а на синей -- доезжают лишь до "Стрелки"?
-- Замечал.
-- Кроме одной из платформ "Вокзала", все доставшиеся нам станции были наземными и после бомбардировок разрушены, однако кроме как через тоннели попасть на вокзал было нельзя -- не было КПП. Это послужило поводом восстановить всю систему, создав при этом независимую линию метро как коридор, по которому можно попасть в этот наш анклав -- поведала она Саше, -- Поезда идут сначала от "Комсомольской" до "переезда", а там часть из них переходит на ваши рельсы и пиликает уже до "Вокзала". При этом на "Театральной", так как она относится к территории России, они не останавливаются, а просто проезжают мимо. Что, собственно, ты сейчас и видел.
Невыносимо чистый английский акцент в голосе Настасьи заставлял Сашу морщиться всякий раз, когда она пыталась произнести по-русски слова со звуками "р" или "ц". Просто не верилось, что за два года жизни в англоязычном государстве обычная русская девчонка так сильно изменила свой же говор. Направив фонарь под потолок, парень увидел повешенный давным-давно сигнальный плафон с надписью "До Комсомольской", когда у него вдруг чуть не остановилось сердце. В голову северянину словно ударила молния прозрения, осознания того, что вообще происходит сейчас -- твою мать! Ноги Александра чуть не подкосились от страха.
-- Т-т-то есть, мы...
-- Да -- кивнула ему в ответ Настасья, -- Сейчас мы на закрытом перегоне линии сури-Эс...
-- Чего? -- громко воскликнул Саша.
-- SSS - South Saratov Subway - на чистом английском выдала южанка, -- Отсюда в обе стороны идут поезда до Южного Саратова. Направо -- тоннель до "Вокзала", до него отсюда где-то километр по вашим тоннелям. Налево -- показала Настасья рукой, -- идут два пути. Один ведёт до станции "Central", бывшего "Астраханского переезда", другой -- до закрытой "Парка имени Горького". В ту сторону до нашей границы всего сто метров -- дойти можно просто пешком.
