Четверым в рубке «Рейнджера» было тесновато, но ведь это всего лишь катер. Кэтти заняла кресло пилота. При всяком удобном случае мы старались пользоваться ручным управлением, даже когда речь шла о самых простых посадках. Не стоит терять форму. Ведь если возникнет действительно тяжелая ситуация, будет уже поздно вспоминать необходимые навыки.
— Ну что девочка, остаешься полновластной хозяйкой? — спросила Кэт.
— Постараюсь оправдать доверие. — Диана возникла тут же, в рубке, и улыбнулась нам. — Очень прошу вас не выходить из зоны видимости — она охватывает экваториальную и тропическую часть трех секторов… Частично. По непонятным мне причинам в СОЗ отказались предоставить мне доступ к их системам наблюдения. Даже тех станций, которые на сегодняшний день еще функционируют.
— Кто тебе сказал, что они функционируют? — удивился я. — Но даже если они уже успели законсервировать все, кроме главной базы, то вряд ли будут ставить об этом в известность нас. Им выгодно сохранять такие сведения в тайне как можно дольше.
— Ну и бардак… — покачала головой Кэт. — Планета, считай, открыта. Скоро об этом прознают браконьеры. И они не станут дожидаться целую неделю разрешения на посадку, как мы.
— Возможно, они уже в курсе. — Крейг сидел в кресле штурмана. — Это только добропорядочные граждане узнают о подобных вещах в последнюю очередь.
— Готовность к старту — три минуты, — сказала Диана.
Катер чуть шевельнулся, когда его подхватили лапы стартового захвата. С той стороны обшивки родился глухой, но тяжелый звук, шедший сразу со всех сторон — началось преобразование части трюма «грузовика» в большую шлюзовую камеру. На обзорных экранах рубки было хорошо видно, как две многотонных плиты сдвинулись в стороны, и в полу шлюза открылся люк. «Ренджер» выдвинулся наружу и повис в космосе под брюхом «Артемиды».
— Одна минута. — Диана обвела нас взглядом и задержала его на мне. — Помните, что я не слишком хорошо буду видеть вас с высокой орбиты, связь может быть нестабильной. Обо всех перемещениях старайтесь оповещать меня заранее.
— Мы клянемся быть паиньками, — обнадежил я ее. — А шалить станем в меру, и только с твоего разрешения.
— Ловлю на слове, — в тон мне ответила Диана. — Вот вернетесь — с тебя и спрошу!.. Надеюсь, мы расстаемся ненадолго. Удачной охоты!
Стартовый захват освободил катер, сообщив ему на прощание легкий шлепок, и мы пошли. Фигура Дианы дрогнула, исказилась полосами помех и пропала.
Кэт ввела «Рейнджер» в атмосферу Тихой так аккуратно, что мы почти ничего не почувствовали. Она водила куда осторожнее, чем Рик, да и катер — это не трансгалактический корабль.
— Ну, как? — спросила она, дав нам сначала время оценить ее мастерство.
— Тебе впору возить Президента Федерации, — похвалил я ее. — Или возглавлять свадебные кортежи. Но вообще-то можешь заняться чем угодно. Например, перевозкой инвалидов и престарелых — они, знаешь ли, плохо переносят толчки и перегрузки.
Рука Кэт на штурвале дернулась, и «Рейнджер» вильнул в сторону. Нас здорово тряхнуло.
— Нет, похоже, я поспешил с похвалами, — сказал я. — Тебе стоит еще чуток потренироваться. Будь осторожна, дорогуша, иначе ты можешь повредить катер.
Тряхнуло сильнее, Кэт перевела управление на автопилот, бросила штурвал и начала разворачиваться ко мне вместе с креслом; я ухватился за спинку и быстро развернул ее обратно к пульту управления.
— Не отвлекайся от пилотирования, — сказал я строго. — Невнимательность — причина многочисленных аварий.
— Надо было убить тебя в первый же день нашего знакомства, — с тоской сказала Кэт. — Но откуда мне было знать?
Скорость падала. Вскоре Кэт велела Биасу — киб-мастеру «Рейнджера» — свернуть все экраны, и колпак рубки стал прозрачным. Над нами было голубое небо и яркое солнце Тихой, а внизу расстилались леса Восточного Массива.
— Территория восемнадцатого сектора, — сообщил Биас.
