Опять вранье: трудно представить, что некие старые друзья взяли и предоставили человеку, для которого служба в армии навсегда закрыта, спецтехнику, ограниченную для использования гражданскими лицами. Врать Шарп никогда как следует не умел, и чтоб не заставлять его продолжать это делать, я перевел разговор на другую тему. Про себя отметил, что Крейг, должно быть, прав — молчание Шарпа обеспечили обещанием восстановить его в рядах Вооруженных сил, но реально сделать это могла лишь сама армия, либо очень влиятельные люди в правительстве. Если клиентом Стива была армия, его задержка на орбите объяснялась тем, что он дожидался, когда ему доставят необходимое оборудование. Отсюда вытекало два вывода — во-первых, где-то неподалеку от Тихой находится база Вооруженных сил или корабль ВКС — слишком быстро решили вопрос с доставкой. Во-вторых, армия в данном деле предпочитает действовать скрытно, иначе им ничего не стоило бы надавить на местное отделение СОЗ и вытряхнуть из них все что угодно. Последний вывод совпадал с наличием у Шарпа прикрытия в виде официального заказчика — Сиднейского института… Здесь я прервал ход своих рассуждений и, обозвав себя недоделанным сыщиком-любителем, занялся более полезными делами — призвал Кэт, и мы пошли в рубку «Рейнджера» обсудить с Биасом детали предстоящего переноса лагеря на другое место, возможно — на другой континент. В тех широтах, где мы находились сейчас, начинался сезон дождей, а у нас не возникало желания сидеть по уши в грязи.
Готовясь к большому переселению, мы уже сняли все двенадцать ловушек и демонтировали часть установленного в лагере оборудования, за исключением того, что необходимо до последней минуты. Крейг и Рик должны были отправиться на орбиту, отцепить «грузовик» и посадить на Тихую «Артемиду». Переезд на несколько тысяч километров — слишком долгое и хлопотное дело, чтобы проводить его с помощью катера, и мы решили использовать наше единственное разрешение на посадку. Согласно плану, после переноса лагеря «Артемида» оставалась на планете, пока мы не завершим все дела. И перламутровые питоны, и гориллы Фостера чувствовали себя просто замечательно. Диана считала, что их вполне можно оставить на попечение роботов и интеллектроники «грузовика». Самое же главное, что под прикрытием корабля мы сразу почувствуем себя гораздо спокойнее — за всеми изменениями в окружающей обстановке будет следить Диана, а ее возможности намного превышали способность к таким вещам Биаса.
Оставалось обговорить наш переезд с Шарпом. Он тоже собирался покинуть Восточный Массив, и нам не хотелось стукаться с ним лбами, случайно оказавшись слишком близко на новом месте. План своей первой посадки и последующих перемещений на другом континенте он нам предоставил, однако его намерения могли измениться. Но он внезапно перестал выходить на связь по утрам. Сначала мы не обратили внимания, потом встревожились. Связь, правда, совсем испортилась, но у него же имелся «Почтовый Голубь», и он должен был прекрасно понимать, что сами-то мы в таких условиях точно к нему не пробьемся. Несмотря на это, Шарп молчал.
— Не похоже на Стива, — сказал Крейг, когда Шарп пропустил второй сеанс. Когда он пропустил третий, мы уже не на шутку переживали за него.
— Что-то случилось, — говорила Кэт. — Я нутром чувствую — что-то не так.
Мы все были с ней согласны, но не знали, что предпринять. С орбитой связь отсутствовала, что в последнее время уже перестало нас удивлять или раздражать. Поле помех не пробивали даже личные SOS-передатчики в режиме подачи простого сигнала бедствия.
— Может, слетать к ним и проверить? — предложил Малыш.
— Да ты посмотри, что творится с приборами, — сказал я. — Мы же потом не найдем свой собственный лагерь. Это не обычная электромагнитная буря. Это ад кромешный. Мы не знаем природы явления и разобраться в нем не в состоянии. Тем более, не можем защититься.
— Между нами всего пятьсот километров. Можно ориентироваться визуально, по приметам местности. С глазами-то у нас все в порядке?
— Подождем. У него «Почтовый Голубь». ПГ пробьет что угодно.
— И эту кашу? Ты уверен, Пит?
— Нет, не уверен. Я уже ни в чем не уверен. Но мы подождем. Если он не свяжется с нами в течение следующих суток, тогда полетим.
Шарп вышел на связь ранним утром. Мы сбежались в рубку «Рейнджера», и Биас вывел на экран усталое, измученное, в потеках грязи и крови лицо Стива.
— Нет времени, — перебил он поток наших вопросов. — Я связался с вами с первыми, как только смог. Пит, немедленно сгребайте пожитки, и убирайтесь с планеты. Возможно, непосредственной опасности для вас нет, но будет лучше, если вы уйдете на орбиту Тихой. Сейчас я перенацелю ПГ и пошлю SOS. Мы попали в дьявольскую переделку, ребята, я даже не знаю, что вокруг творится. Я…
Вдруг изображение на экране исказилось, и мы увидели, как глаза Шарпа выпучились, а тело выгнулось назад. Экран погас.
— Это еще что? — воскликнул Крейг, уставившись на вспыхнувшие красным индикаторы на пульте. — Биас?.. Биас!
