Стертая полностью

Дома я отказываюсь от чая и, не слушая выражений сочувствия, ухожу к себе. Но от мыслей не убежать. Представляю, как Бен пытается срезать «Лево» и кричит от боли. Выживает — уходит к террористам.

Я должна его остановить.

Все в тумане, все неясно. Я поправляю очки.

— Вот, это переключатель. Двигаешь пилу вот так. Алмазный диск справится с «Лево» быстро. Самое главное — перерезать браслет как можно быстрее, прежде чем боль и шок вызовут смерть, но и осторожно, чтобы не захватить и руку. Основная ошибка — остановка пилы, когда становится больно, хотя именно в этот момент нужно сделать последнее усилие. Понятно?

— Да. — Я спокойна и внимательна. Мне интересен этот эксперимент.

Подопытный потеет, зрачки расширены. Рука обездвижена, лежит на столе. От него разит виски.

Поворачиваю выключатель. Диск начинает вращаться, быстрее и быстрее.

Я подвожу пилу ближе и ближе. Бросаю взгляд на мальчишку и вижу широко открытые, голубые глаза. Но страха в них нет. Пока.

— Смотри, что делаешь!

Смотрю — ив этот миг диск касается «Лево». Искры разлетаются дугой.

— Сильнее!

И тут он кричит.

Я тяну пилу назад.

— Нет! Он умрет сейчас, если не перерезать браслет! Быстро!

Но меня и саму уже крутит. Крики боли разрывают мне мозг. Я зажмуриваюсь. С закрытыми глазами видно яснее. Кричащего мальчишки больше нет — на его месте Бен.

— Нет! Бен, нет! — Я бросаюсь к машине, чтобы остановить пилу, развязать ремни, но меня хватают, крепко держат и не пускают.

— Контролируй себя. Ты знаешь правила.

— Нет!

— Ты следующая.

Я вырываюсь, брыкаюсь, царапаюсь и визжу. Бесполезно. Меня привязывают к стулу, руку — к столу.

Пила визжит...

Бззз...

Глаза распахиваются. Я вырываюсь из кошмара, из ужаса. Сон? Но почему в ушах визг пилы?

Бззз...

Протягиваю руку, включаю свет и вибрирующий на запястье «Лево». Уровень опасный — 3.3. Меня тошнит и трясет. Начать с того, что на этот раз я сама работала пилой. Могло ли такое случиться в действительности?

Понемногу сердце сбавляет бег, и уровень тянется вверх, но пугающие образы не уходят. Снова и снова они проходят перед моим внутренним взором. Диск пилы с алмазным напылением. Виски.

Неужели я действительно была там, в том жутком месте, и мучила того парнишку?

Где-то внутри трещина, проблеск света.

Не хочу ничего знать, но и деться некуда. Во сне, когда меня усадили за стол, чтобы срезать «Лево», я боялась не боли и не смерти. Я боялась, что останусь без браслета. Я ненавижу его. Ненавижу все, что он означает и представляет, что делает в моей жизни. И вместе с тем, непонятно почему, мне важно сохранить его. Важно до такой степени, что при одной лишь мысли лишиться «Лево» меня переполняет ужас.

Почему? 

В пятницу утром, когда я прохожу по автобусу, место Бена пустует. Привстаю, оглядываю салон. Нет, не пересел. Его просто нет.

Я в панике. Бен не пришел. Он говорил, что родители уезжают на выходные и тогда он попробует срезать «Лево». Неужели что-то поменялось и план сдвинулся на сегодня?

Утренние уроки просиживаю, словно оглушенная. Начинаю даже думать, не обратиться ли за помощью к миссис Али. Если рассказать, что Бен задумал, они, конечно, остановят его. Не дадут ему срезать браслет. Но что будет потом? Что сделают с ним лордеры?

А если уже поздно?

В перерыве на ланч брожу в одиночестве по территории школы. Может ли кто-то помочь? Джазз?