Дом становился все ближе и ближе, и ей казалось, что именно он падает на нее, а не она приближается к земле, и что через несколько мгновений он окончательно завалится и подомнет ее под своими обломками. И вот она увидела, как какие-то грязные, неряшливо одетые дети стоят над ее исковерканным, покореженным телом. А достаточно ли она согнула колени, о чем предупреждал ее Ник? Трудно сказать. У Марджи было такое ощущение, что стоит ей совершить хотя бы малейшее движение, как тут же нарушится тот шаткий баланс, который она доселе сохраняла, и ее голова тут же грохнется о твердь земли. Она помнила, что, едва отпустив край крыши, тут же подогнула ноги, а потому надеялась лишь на удачу, что все так и получится. В ее воображении снова возникла фигура Ника, которая летит следом за ней и падает в кучу окровавленной плоти, которая некогда была ее собственным телом. Все это она увидела в какую-то долю секунды до того, как действительно рухнула на землю.
Она тут же почувствовала, как судорожно прогнулись лодыжки, ощутила резкую, пронзительную боль в бедрах и коленях, о которые с силой ударился подбородок, вслед за чем откуда-то из глубины рта потекла кровь. И вот неожиданный, мощный удар ягодицами обо что-то твердое, тогда как легкие с натужным хрустом словно выплеснули наружу все свое содержимое, оставив ей лишь возможность хватать ртом воздух, и перед глазами на фоне непроглядной, похожей на плотный экран темени, заплясал хоровод крохотных огоньков. Марджи почувствовала, как где-то в глубине головы зарождается чудовищная, боль, однако, несмотря на это, понимала, что все же достигла земли, что все еще жива и даже ничего себе не сломала. И в тот же миг в груди ее всколыхнулась волна небывалого восторга.
Но как только взгляд ее начал различать давно знакомые предметы, вокруг снова замельтешили все те же детские фигуры.
Ник увидел их на несколько секунд раньше, к тому времени уже цепляясь руками за край крыши. Именно в ней теперь заключалось его спасение. Самым трудным было вылезти в окно – на какое-то ужасное мгновение ему вдруг показалось, что правое плечо так никогда и не сможет протиснуться наружу. Он плотно, что было сил прижал локоть к животу и остервенело рванулся плечом вперед; каким-то образом ему удалось нащупать наиболее широкий участок оконного проема, в который проскользнуло и остальное тело. Раненая нога отдавала ноющей болью, пульсировавшей в такт бешеному сердцебиению. Стараясь не обращать на нее внимания, он нащупал руками край крыши, слегка подтянулся и вскоре почувствовал под ногами твердь подоконника, после чего через голову закинул их на крышу – слава Богу, что за плечами были занятия гимнастикой в Вестсайдском университете. Как бы то ни было, но ему удалось сделать это, хотя еще полгода назад молитва даже не понадобилась бы. Откуда-то снизу послышался треск дерева и грохот падающего на пол комода: преграда по пути на чердак оказалась сломлена. Распластавшись по поверхности крыши, Ник заглянул вниз.
Марджи, судя по всему, не пострадала и в данный момент стояла и оглядывалась в поисках пути к бегству. Ник сразу смекнул, что такового у нее не было – девушку со всех сторон окружали дети, потрясавшие длинными палками и ножами. В животе у Ника словно образовалась пустота. Он увидел, как один из мужчин выглянул из окна, посмотрел вниз и тут же скрылся внутри дома. Вслед за этим послышался топот бегущих по лестнице ног.
Вскоре все они оказались внизу – с детьми, тем самым громилой с оторванной левой кистью и двумя женщинами. Лаура оказалась между ними, и Ник искренне удивился тому, что она все еще жива. А что, – пронеслось у него в голове, – может, не все еще потеряно? Может, они и в самом деле не убьют их, а сам он еще успеет что-то сделать?
Он увидел, как глаза Марджи метнулись вверх, и, рискуя быть обнаруженным, махнул ей. Ему хотелось подать ей знак, показать, что он все еще жив, и, если такое было еще возможно, хоть как-то приободрить ее. Заметив ее легкий кивок, он снова перевел взгляд вниз. Если бы только ей удалось сохранить голову на плечах, а уж он-то обязательно попытается спасти ее. Чуть отодвинувшись назад, в темноту, Ник затаился и стал ждать.
Судя по всему, нападавшие были убеждены в том, что ему удалось ускользнуть от них. Поначалу было много совершенно неразборчивых криков и ругани, после чего двое мужчин – двое целых мужчин, что он отметил к своему явному удовольствию – медленно двинулись в сторону зарослей кустарника. Он слышал, как они то бегали из стороны в сторону, то останавливались, явно прислушиваясь, то снова переходили на бег, громко шелестя ветками кустов. Ник невольно порадовался тому, что в данный момент его там не было, поскольку сразу заметил, что эти люди чувствовали себя в лесу как дома.
