Остальные между тем поджидали их возвращения, хотя через некоторое время из леса вернулся лишь один из преследователей – тот самый тщедушный мужичонка с чахлой бородой. Ник догадался, что второй, «красный», остался в лесу, пытаясь найти его. Между тем Лаура, опустившись на колени, пребывала в ступорозном состоянии; тощий рывком поставил ее на ноги, повернул к себе спиной и толкнул обеих девушек в сторону горевшего на холме костра. Пожалуй, для одной ночи с них достаточно, – подумал он. – Они возвращаются домой. Ну что ж, это мне только на руку.
Ник понимал, что теперь все зависит только от него одного, и буквально ощутил внезапно свалившееся на плечи бремя ответственности. И все же на протяжении нескольких минут он совершенно не представлял себе, что делать дальше. Без машин и телефона они пребывали в полнейшей изоляции, а к тому моменту, когда ему удастся отыскать еще один дом, Марджи и Лаура, скорее всего, будут уже мертвы. Сколько же пройдет времени, пока они не надумают убить их? – подумал Ник. – Скольким временем я располагаю?
Ответа на свой вопрос он так и не нашел и лишь почувствовал, как все больше погружается в пучину отчаяния и самобичевания. Эти люди напали и едва было не лишили его жизни, точно так же, как сейчас они захватили и угрожали жизням двух женщин, которых он любил. Еще одна, которую он любил больше всех, уже лежала мертвая, причем прежде, чем умереть, пережила жуткие мучения. Он не мог позволить, чтобы то же самое случилось также и с Марджи. Словно охваченный странным изумлением, он вспомнил, как стоял тогда на ступенях ведущей на чердак лестницы, и к нему как-то разом, неожиданно, пришло осознание того, что именно он сделает. Резким движением насадив очки на переносицу. Ник замер, выжидая удобного момента.
Сейчас все его чувства были до предела обострены. Наблюдая за тем, как дикари медленно бредут в сторону костра, Ник почти не шевелился – разве что на самую малость повернул голову, чтобы проследить за их продвижением вверх по склону холма, и определить, куда именно они двигаются. Он услышал, как пронзительно закричала Марджи, проходя мимо обугленного трупа своей сестры, а потом все стихло.
Когда процессия почти скрылась из виду, он медленно перекинул тело через карниз с противоположной от них стороны дома, и, нащупав ногами алюминиевую водосточную трубу, бесшумно опустился на землю, стараясь что было сил не выдать голосом адскую боль в ноге, молнией взметнувшуюся от бедра аж к самой щеке. Ожидая в любой момент появления «красного», Ник стал подбираться ко входу в дом; пока все было тихо и относительно безопасно. Он проник внутрь.
И тут же принялся взглядом обшаривать захламленное пришельцами помещение в поисках револьвера, моля Господа лишь о том, чтобы они оставили его в доме. Револьвер значил для него сейчас в буквальном смысле все. Он отыскал его на полу в гостиной, рядом с лестницей на чердак, и вспомнил, как в сердцах швырнул бесполезное оружие в одну из нападающих женщин, матерясь и проклиная судьбу за то, что рассыпал патроны по дну багажника. Впрочем, у механизмов была одна положительная сторона – их почти всегда можно было завести снова.
Ник потянул на себя затвор и проверил спусковой крючок – вроде бы от удара ничего не сломалось, все работает. Сунув револьвер за пояс, Ник неслышно направился в сторону кухни, и, стараясь действовать максимально бесшумно, принялся один за другим выдвигать ящики столов в поисках карманного фонаря. Наконец отыскал его – луч оказался слабым, но все же это было лучше, чем ничего. Оставив ящики в открытом положении, он на цыпочках двинулся в сторону двери и, дойдя до нее, огляделся. Вроде бы, все спокойно.
Направляясь к машине, Ник извлек из кармана связку ключей и выбрал нужный ему – от багажника. Быстро откинув его крышку, опустил фонарь глубоко внутрь, стараясь, чтобы наружу не вырвался ни единый проблеск света. Собрав с дна все остававшиеся патроны, он выключил фонарик и вернулся назад к дому, держась спасительной тени его стен; там же заполнил все ячейки барабана патронами, а оставшиеся положил в карман, сунув в другой ключи от машины.
Ник решил обойти костер, двигаясь по широкой дуге и держась наиболее густой тени. Еще днем он заметил, что в сторону ручья тянется узкая тропинка, и предположил, что дикари, скорее всего, двинулись именно по ней, по крайней мере, в начале своего пути. Он также смекнул, что с полубессознательной Лаурой на руках они едва ли смогут передвигаться достаточно быстро. Ну что ж, Лаура, спасибо тебе хотя бы за это, – подумал Ник.
