и чудо взаперти, несомое враскачкуна тонко тренькнувших рессорахи скот жующий транспортную жвачкуи мебельный жучок живущий в разговорахи даже «и» в простых перечисленьяхсловесных обликов на фоне беловомсознанья зимнего и жаркого сближеньяокраин полыньи, пылающей огнемвсе это есть как если бы не сталовсего оставленного за неправильным окномстрофы из древнего простого матерьяластрофы из дерева досмысловогострофы узорчато-некрашеного словаи чуда, чуда взаперти!<p>«перед агрессией беззвучья…»</p>перед агрессией беззвучьяты отступаешь тишинапереступая сломленные сучьявходя в отравленные именав газеты зимние садовгде ветви срезаны и вдруг обнаженов деревьях – состоянье литеркак бы свинцом подземных словолитеноттиснув новости извечные давнополитика вошла в природуи без того условную, в цитатахи театральных перспективахаллей упершихся куда-тов какой-то скомканный отрывокизвестного стихотвореньясюда попавшего с кавказаи вместе с местным колоритомс дымком походного рассказас полком души полуразбитымдожившего до сообщеньяо действиях за гиндукушемгде на гранатовых деревьяхживые распускались танкиперед афганкой благородной<p>«снова горы и воды и горы как воды и воды…»</p>снова горы и воды и горы как воды и водывоздвигаются в перистый путьвозвышаются вдаль, удаляются кверху, под сводычто замкнуты – не разомкнуть –за чертой восприятья за черной границей природыснова чертишь почти бессознательно петли Омегинаброшенные на пустотугде кустарник тоньшает на склонах, теряясь во снегегде нить водопада застыв на летуобрывается где-то в затылке и в сердце и о человекеничего не известно: письмо сплетено из водыа по залитой небом открыткеползет оставляя следычерепаха<p>«отечественный дождь и ветер материнский…»</p>отечественный дождь и ветер материнскийи отекшая влажная лапа небесного львана шаре катящемся шаре дробимом на брызгии вся остальная – стального оттенка лихвався эта негодная форма, одежда с чужогоплеча – как черновик дырявый от помароксойдет на нет в огне единственного словавлетит как шар в окно с померкшим видом<p>«на выбитое из-под ног…»</p>на выбитое из-под ногневыразительное небо налегаятяжелым боком – падающий богязыческий; бог языка и лаявнезапно замолкает посрединабитого людьми гремучего трамваяи столько нас под грохотом мостачто никого – ни в небе ни в груди –и никого (исчез. куда лечу? не знаю)на золоченых перекладинах крестаплывущего назад из облачного рая<p>«беловолнистая штора, всюду рассеянный свет…»</p>
