Без словаря бы мы едва лиСлова иные узнавали.Я верю: не далёко завтра,Когда на «В» найдёшь «Войну»,Как некоего «Ихтиозавра»,Водившегося в старину.<p>Гвардии рядовой Матросов</p>Рис. И. АрхангельскойНедолго он прожи́л на свете,Не много исходил дорог!Мы видим: жизнь в его анкетеВся уложилась в восемь строк.— Фамилия? Рожденья дата?(Вопрос короткий и ответ.)Когда, каким военкоматомБыл выдан воинский билет?Партийность? — Да, он в комсомоле…Он русский… Родина — Уфа…И адрес… И ни слова боле…Вот жизни краткая строфа.Нет! Он в анкете не ответил(Такой строки в анкете нет),Как здо́рово на этом светеЖивётся в девятнадцать лет!Как он любил грозу и ветер,Верстак, и книгу, и чертёж…Такого ни в одной анкете,Как ни старайся, не прочтёшь!О чём с товарищем мечтал он?О чём поспорил он порой?Был Щорс или Валерий ЧкаловЕго любимейший герой?Речист ли был иль скуп на слово?Любил ли песни или нет?Как разгадать его, живого,По краткой записи анкет?Наверно, был он крепок телом,И весь — от головы до пят —Работать, жить и петь хотел онХотя бы сотню лет подряд!Но ради Родины советской,Которая ему далаВсё-всё: и радостное детствоИ юность, полную тепла, —Ради неё он к дзоту смелоБросается и, полный сил,Он амбразуру крепким теломБез колебания закрыл.Остался он в живых навечно…Проверка роты… Тишина…И на линейке каждый вечерЧитает громко старшина:— Матросов Александр Матвеич!Герой Союза! Рядовой! —Его дыханьем вдруг повеет,Как будто бы он здесь, живой.Луна над ротой выплывает…Так тихо — слышен сердца стук…И отвечает Бардабаев,Матросова любимый друг:— В бою погиб он смертью храбрыхВ своей прекрасной простотеСлова «погиб он смертью храбрых»Звучат как клятва в тишине.И каждый про себя клянётся:«Я — как Матросов-рядовой, —Пока живу и сердце бьётся,Готов на подвиг боевой!»
