— Выпейте, госпожа Бурже, — протянула я ей пузырек с эликсиром.
Она не пошевелилась, взгляд был пустым. Терпение никогда не было моей добродетелью, поэтому я откупорила склянку, запрокинула Софи голову и силой влила содержимое. Она наконец очнулась, закрыв глаза от ужасной вони эликсира, пыталась схватить меня за руку, но бессильно хватала пальцами воздух, будучи даже не в состоянии скоординировать движение. И лишний раз подтвердила мои подозрения.
— Какая гадость, — выдохнула Софи, когда я ее отпустила. — Что это за дрянь?
— Рыбий жир. Крайне полезный. Я собираюсь объявить за обедом, что вы завтра переберетесь ко мне в дом. Вы должны…
— Но я не хочу!..
— … должны подтвердить и выразить свое согласие. Можно даже воодушевление. В конце концов, вы будете иметь возможность заниматься художествами с моей служанкой целый день, без оглядки на время.
Софи нахмурилась, в ее взгляде боролось отвращение ко мне со страстью к любимому делу.
— Отказа я все равно не приму, госпожа Бурже. Надумаете противиться, и я очень сильно осложню жизнь вашему мужу.
Она неловко сжала кулаки и вымученно кивнула.
— Еще одно, — я довольно разглядывала Софи, отмечая, что к ней вернулся румянец, посветлела кожа и заблестели волосы. — За обедом и ужином ничего не есть и не пить. Тень принесет немного еды, вам хватит. И молоко обязательно выпить. Все до капли.
К сожалению, эликсир не в состоянии лечить душевные травмы.
Я вышла из комнаты Софи и заторопилась вниз, собираясь плотно пообщаться с Ниночкой. Достигнув лестницы, я хищно улыбнулась — добыча сама шла мне навстречу, поднимаясь наверх с подносом. Ниночка заботливо несла стакан молока своей госпоже. Как только она поравнялась со мной, я окликнула девушку. Она подняла голову, в ее взгляде появились злость и замешательство, и вдруг она толкнула меня вниз с лестницы. Такой подлости я от нее не ожидала, поэтому среагировала с запозданием, успев лишь ухватить ее за рукав и увлечь за собой. К счастью, умение правильно падать — первое, чему учат в банде Безумных бардов. Поэтому я сгруппировалась при падении, прикрываясь девкой как живым щитом, и скатилась с лестницы, почти не пострадав и оказавшись верхом на Ниночке. Та моментально заорала, на шум выскочила экономка, а в дверях спустя несколько минут появился Эмиль. Скандал случился страшный. Поганая девка рыдала в три ручья, обвиняя меня во всех смертных грехах. При падении она получила несколько синяков и ссадин, кроме того, я не выдержала и врезала ей, из-за чего у нее моментально заплыл правый глаз. Эмиль бросился нас разнимать. Впрочем, я быстро пришла в себя, загнав холодную ярость подальше. Наблюдая, как Ниночка выставила голые ободранные коленки, как она рыдала, прижимаясь к Эмилю, и как тот неловко покраснел, пытаясь отодвинуться от нее при виде вышедшей на шум жены, я пришла к выводу, что Ниночка еще не преуспела в его соблазнении, но была очень близка к успеху.
— Довольно, — процедила я, обрывая его гневную речь. — Я больше не намерена оставаться в этом доме. Завтра же уеду.
Ниночка не сдержалась от торжествующего взгляда в мою сторону.
— Госпожа Бурже поедет со мной, — добавила я. — Надеюсь, прощальный ужин сегодня состоится без подобных инцидентов. Иначе я…
— Никуда Софи с вами не поедет, — возмутился Эмиль, обращаясь больше к жене, чем ко мне. Ниночка даже перестала всхлипывать, в ее планы отъезд жертвы явно не входил.
— Госпожа Бурже? — требовательно спросила я. — Слово за вами. Впрочем, я могу прямо сейчас отправиться к капитану городской стражи со своими измышлениями…
— Я поеду, — торопливо сказала Софи. — Я поеду с госпожой Хризштайн.
— Но почему? Дорогая, ты разве не видишь, что она тобой манипулирует…
— Довольно, — оборвала я его. — Обедать я не буду, госпожа Бурже тоже. До ужина меня не беспокоить.
Я развернулась, чувствуя нарастающую боль в висках, и отправилась к себе, утащив за собой слабо сопротивляющуюся Софи.
После обеда в дом неожиданно пожаловал помчик Овьедо собственной персоной. Удивленная экономка сообщила мне о его визите, передав карточку. Игнорируя ее вопросительный взгляд, я сама вышла к гостю. Помчик проявил галантность, поцеловав в старомодной манере не руку, а тыльную сторону запястья. Экономка неодобрительно покачала головой и скрылась за дверью, но я уже поняла, что она готова слушать все, что будет неосторожно сказано в гостиной. Поэтому я предложила помчику прогуляться по берегу, в конце концов, сырость и вонь гниющих на берегу водорослей можно и потерпеть.
Помчик был охоч до женского пола, и мой отказ в заведении госпожи Розмари серьезно его раззадорил. При каждом удобном случае он норовил перейти правила приличия, делая недвусмысленные намеки. Поскольку я была вынуждена опереться на его руку, он пошел еще дальше, попросту обняв меня за талию и поддерживая при ходьбе. Мне было в сущности все равно, но я спиной чувствовала осуждающий взгляд вездесущей экономки.
