— В лазарет ее! — скомандовал Аль, разом приходя в себя и напоминая, что бояться он будет позже, когда сделает все возможное. Прикусил губу, обвел замерших в испуге парней и поправился: — В лазарет всем. Ни с кем не контактировать. Бегом! — проорал, пропуская первого в коридор.
А впереди безмолвные уже разгоняли начавшую собираться при появлении Шестого толпу.
Лорд Тарьяр потерял самообладание лишь на первые несколько секунд. В голове пронеслись страшные картины вымирающей страны, потом голод, бунт и ко всему прочему приход ко власти нового, совершенно неопытного короля. Вот он, кстати, стоит в палате, а рядом мнется еще с десяток курсантов. Дружно так. В одном помещении с кроватью, где лежит больная! Еще и помощник с потерянным видом хватается то за один бутылек, то за другой, будто те чем-то могли помочь! От чумы! Причем именно этой — проклял их кто-то что ли?
При виде лорда помощник ожил, приободрился, из глаз исчезла обреченность.
— Лорд Тарьяр, — бросился он к нему с надеждой, словно у Тарьяра в кармане уже лекарство было приготовлено. Разве что успокоительное… Надо было прихватить.
— У нас тут вот… — помощник указал на кровать, где лежала девочка. Принцессу главный целитель академии узнал сразу, несмотря на измененный цвет волос и короткую стрижку.
Но больная позже, главное сейчас другое.
— Вон! Все вон из комнаты! — прохрипел Тарьяр, глядя на Шестого и отчетливо осознавая, что судьба короны в его руках. По протоколу нужно закрыть принца в целительской, как и остальных, кто контактировал с больной. Но если наследный принц еще не заболел? Риск подцепить чуму кратно возрастет.
Еще и сын Четвертого здесь, — мысленно простонал Тарьяр, представляя, что скажет король. Двое из королевской семьи под угрозой заражения… А третья — сама угроза.
Кровавая чума была страшным гостем, и пусть Асмас никогда с ней не сталкивался, но рассказов предков об ужасной болезни было достаточно, чтобы начать паниковать.
— Лорд Тарьяр, мы все с ней контактировали — примирительно произнес наследный принц, заставив целителя в полной мере осознать хрупкость мира. И ведь ничто не предвещало беды. Разве что с утра ожидались страждущие от похмелья. И тут прям пеплом на голову… Не просто болезнь — катастрофа. Причем катастрофа неизученная. Теоретически огонь должен был выжечь эту заразу. А если нет? Мало данных. Мало записей. Мало выживших, чтоб эти самые исследования провести.
Тарьяр выдохнул, беря себя в руки.
— Корпус закрыть на карантин. Никого не выпускать. Даже целителей, — посыпались команды. — Ставим барьер. Каждого в отдельную комнату на изоляцию. Все обработать.
— А как же охрана? — и помощник кинул испуганный взгляд в коридор.
— Всем снять маскировку, — разнеслось приказным ором по коридорам целительской. — Безоговорочно выполнять распоряжения целителей. С этого момента вы переходите под мою ответственность.
Может, он сейчас и перестраховывается, но лучше так, чем потом смотреть на горящие в огне трупы.
Кажется, до курсантов начала доходить серьезность ситуации. Побледнели. Кто-то нервный отшатнулся от кровати, а Илья, наоборот, придвинулся ближе. Глупец! Они все здесь в одном огне.
Тарьяр вышел в коридор. Посмотрел на выстроившуюся вдоль стен охрану. Дети что? Рявкнул — послушались, а с этими договариваться придется. Они так же несут ответственности за подопечных, как он за больных. Хорошо еще, что Майры здесь нет. Ее лорд Кайлес после полуночи увел с собой на какие-то посиделки менталистов.
— Это что за дрянь, целитель? — спросил старший, косясь на палату.
— Это пока неустановленная дрянь, — криво усмехнулся Тарьяр, — но предварительно, мы можем получить вспышку кровавой чумы.
Кто-то сдавленно выругался.
— Она же заразна, как жыргхва, — поменялся в лице старший. — А девчонка, то есть принцесса Оля всю ночь во дворце провела. Еще и на построении была.
Тарьяр ощутил, как ноги подкашиваются, а сердце пропускает удар.
На построении были все, — с отчаянием подумалось ему. Высочества, величество, курсанты, весь преподавательский состав. Интересно, какой заразный период у этой дряни?
— Дворец тоже на карантин, — процедил Тарьяр, — но сначала мне нужна полная картина. Так что не мешайте, господа, работать. Разойдитесь по палатам. Освободите проход. И попрошу без глупостей. Никаких прорывов на свободу. Не заставляйте меня докладывать королю о нарушении протокола.
— Мы-то разойдемся, — с ленцой согласился старшой, и во взгляде мелькнула насмешка, — почему бы на койке не поваляться, а вот с карантином у вас вряд ли получится, — и он многозначительно посмотрел на входную дверь.
