Воздух соленый
будто бы пьем,
Жадно вдыхаем ртом мы.
Ждем, когда в рупор
крикнет старпом: — Боцман, отдать швартовы! —
Если водой
полубак залит,
Если волна — под ноги,
Значит, тихий причал
позади,
А впереди —
тревоги.
Сразу заставит
забыть про сон Море ночным разбоем.
Трудно представить
больший простор
Чувствам,
мечтам,
работе!
И не представить,
чтобы в пути,
В гуще походного гула Кто-то сказал,
глаза опустив:
— Больше
так
не могу я... — Верность Отчизне
силы придаст Тем, кто слабеет в штормы,
Всем, кто уйдет
выполнять приказ,
Срочно
отдав швартовы!
Портовая ночь
На снегу, как тюлени,
Лежат валуны,
Чайки плещутся в пене Набежавшей волны. Порт в ночи затихает,
Все закончили труд, Огоньками мигает
Их домашний уют... Вдруг вода загрохочет У бортов кораблей, Забурлит, заклокочет,
Как в кипящем котле.
И под шум стоголосый, Пробуждаясь, опять Будут жены матросов
Свет в домах зажигать. Будет снова тревожен Их полночный уют,
И взволнованно тоже
Дети к окнам прильнут.
Знать, поэтому шквалам, Нагоняющим жуть,
К заметеленным скалам Корабли не свернуть.
В ДОЗОРЕ
Визирщики
пощады не давали
Своим
молящим отдыха
глазам,
Акустиков, мы знали, сон не свалит!.. ...В пути
никто
не повстречался нам. Одни лишь волны
буйно
под ветрами
Со всех сторон —
куда ни погляди —
Ходили,
словно мускулы,
буграми
По океанской
выпуклой груди.
И быть беспечным
просто невозможно
Среди морских
загадочных дорог,
В дозоре путь
бывает
бестревожным,
Но не бывает
думы
без тревог!
Встреча
Ветер зарю полощет В теплой воде озер...
Привет вам, луга и рощи,
И темный сосновый бор,
И первых зарниц сверканье,
И призрачный мрак полей С нетерпеливым ржаньем Стреноженных лошадей!..
Вот трактор прибавил газу, Врезая в дорогу след.
Мне тракторист чумазый Машет рукой: «Привет!» Мычащее важное стадо Бредет луговиной в лес.
И сердце до боли радо Покою родимых мест. Невольно вспомнилось море.
И я, отпускник-матрос, Горжусь, что в морском дозоре Бдительно вахту нес!
* * *
Дышу натруженно,
как помпа!
Как никому не нужный груз,
Лежу на койке, будто бомба, —
Не подходите! Я взорвусь!
Ах, если б в гости пригласили, Хотя б на миг, случайно пусть,
В чудесный дом, где кот Василий Стихи читает наизусть!
Читает Майкова и Фета,
Читает, рифмами звеня,
Любого доброго поэта,
Любого, только не меня...
Пока я звякаю на лире И дым пускаю в потолок, —
Как соловей, в твоей квартире Зальется весело звонок.
Ты быстро спросишь из-за двери, Оставив массу важных дел:
— Кого?
— Марину.
— Кто там?
— Эрик.
— Ой, мама! Эрик прилетел!
Покрытый пылью снеговою,
С большим волнением в крови,
Он у тебя над головою Произнесет слова любви!
Ура! Он лучший в целом мире! Сомненья не было и нет...
И будет бал в твоей квартире, Вино, и музыка, и свет.
Пусть будет так!
Твой дом прекрасен.
Пусть будет в нем привычный лад... Поэт нисколько не опасен.
Пока его не разозлят.
Сестра
Наш корабль с заданием В море уходил.
Я ж некстати в госпиталь Угодил!
Разлучась с просторами Всех морей и скал,
Сразу койку белую Ненавидеть стал.
Думал,.
Грусть внезапную Как бы укротить?
Свой недуг мучительный Чем укоротить?
— Жизнь! — Иронизировал, —
Хоть кричи «ура»! —
Но в палату шумную Вдруг вошла сестра.
— Это вы бунтуете? —
В голосе укор.
Ласковей добавила:
— Сделаем укол.
Думал я о чуткости Рук, державших шприц, И не боли —
Радости
Не было границ...
ВСПОМНИЛОСЬ МОРЕ
Крыша. Над крышей луна. Пруд. Над прудом бузина. Тихо. И в тишине Вспомнилось море мне. Здесь бестревожно.
А там,
В хмуром дозоре ночном. Может, сейчас морякам Сыгран внезапный подъем. Тополь. Ограда. Скамья. Пташек неровный полет... Скоро из отпуска я Снова уеду на флот.
Я расскажу, как у нас Дружным звеном из ворот С радостью в утренний час В поле выходит народ.
Я в чистоте берегу Гордое званье «матрос»,
Я разлюбить не смогу Край, где родился и рос.
Крыша. Над крышей луна. Пруд. Над прудом бузина... С детства нам дорог такой Родины светлый покой.
Жизнь — океан, волнуемый
скорбями,
Но ты всегда не робкий был
пловец,
Ты скован был вселенскими
цепями,
Но лучших чувств ты был всегда
певец!
Пусть бьют ключом шампанское и
старка!
Я верю в то — ты мне
не прекословь! — Что нет на свете лучшего
подарка,
Чем в день рожденья
общая любовь!
Начало любви
Помню ясно,
Как вечером летним Шел моряк по деревне —
и вот
Первый раз мы увидели ленту С гордой надписью «Северный флот».
Словно бурями с моря
пахнуло,
А не запахом хлеба с полей,
Как магнитом к нему потянуло, Кто-то крикнул:
«Догоним скорей».
И когда перед ним появились Мы, взметнувшие пыль с большака, Нежным блеском глаза осветились На суровом лице моряка.
Среди шумной ватаги ребячьей, Будто с нами знакомый давно,
Он про море рассказывать начал,
У колодца присев на бревно.
Он был весел и прост в разговоре, Руку нам протянул: «Ну пока!»
...Я влюбился в далекое море, Первый раз повстречав моряка!
Письмо
Дорогая! Любимая! Где ты теперь?
Что с тобой? Почему ты не пишешь? Телеграммы не шлешь... Оттого лишь — поверь, Провода приуныли над крышей.
Оттого лишь, поверь, не бывало и дня Без тоски, не бывало и ночи!
Неужели — откликнись — забыла меня?
Я люблю, я люблю тебя очень!
Как мне хочется крикнуть: «Поверь мне! Поверь!» Но боюсь: ты меня не услышишь...
Дорогая! Любимая! Где ты теперь?
