Что с тобой? Почему ты не пишешь?
* * *
Или в жизнь ворвалась вьюга, Нежность чувств развеяв в дым, Иль забудем друг про друга Я с другой,
а ты — с другим? Сочинять немного чести.
Но хотел бы я мельком Посидеть с тобою вместе На скамье под деревцом,
И обнять тебя до боли,
Сильной грусти не стыдясь.
Так, чтоб слезы поневоле Из твоих катились глаз.
Я ТЕБЯ ЦЕЛОВАЛ
Я тебя целовал сквозь слезы. Только ты не видела слез, Потому что сырой и темной Была осенняя ночь.
По земле проносились листья,
А по морю — за штормом шторм, Эти листья тебе остались,
Эти штормы достались мне.
Широко, отрешенно, грозно Бились волны со всех сторон,
Но порой затихало море И светилась заря во мгле.
Я подумал, что часто к морю Ты приходишь и ждешь меня,
И от этой счастливой мысли Будто солнце в душе зажглось!
Пусть тебе штормовые стоны Выражают мою печаль,
А надежду мою и верность Выражает заря во мгле...
Ты С КОРАБЛЕМ ПРОЩАЛАСЬ...
С улыбкой на лице и со слезами Осталась ты на пристани морской,
И снова шторм играет парусами И всей моей любовью и тоской!
Я уношусь куда-то в мирозданье,
Я зарываюсь в бурю, как баклан, —
За вечный стон, за вечное рыданье Я полюбил жестокий океан.
Я полюбил чужой полярный город И вновь к нему из странствия вернусь За то, что он испытывает холод,
За то, что он испытывает грусть,
За то, что он наполнен голосами.
За то, что там к печали и добру С улыбкой на лице и со слезами Ты с кораблем прощалась на ветру...
Березы
Я люблю, когда шумят березы,
Когда листья падают с берез.
Слушаю — и набегают слезы На глаза, отвыкшие от слез.
Все очнется в памяти невольно, Отзовется в сердце и в крови.
Станет как-то радостно и больно, Будто кто-то шепчет о любви.
Только чаще побеждает проза,
Словно дунет ветер хмурых дней.
Ведь шумит такая же береза Над могилой матери моей.
На войне отца убила пуля,
А у нас в деревне у оград С ветром и с дождем шумел, как улей, Вот такой же поздний листопад...
Русь моя, люблю твои березы!
С первых лет я с ними жил и рос. Потому и набегают слезы На глаза, отвыкшие от слез...
$ * *
Не подберу сейчас такого слова,
Чтоб стало ясным все в один момент. Но не забуду Кольку Белякова И Колькин музыкальный инструмент.
Сурова жизнь. Сильны ее удары,
И я люблю, когда взгрустнется вдруг, Подолгу слушать музыку гитары,
В которой полон смысла каждый звук.
Когда-то я мечтал под темным дубом, Что невеселым мыслям есть конец, Что я не буду с девушками грубым И пьянствовать не стану, как отец.
Мечты, мечты... А в жизни все иначе. Нельзя никак прожить без кабаков.
И если я спрошу: «Что это значит?» — Мне даст ответ лишь Колька Беляков.
И пусть сейчас не подберу я слова.
Но я найду его в другой момент,
Чтоб рассказать про Кольку Белякова И про его чудесный инструмент.
Воспоминание
Помню, луна смотрела в окно. Роса блестела на ветке.
Помню, мы брали в ларьке вино И после пили в беседке.
Ты говорил, что покинешь дом, Что жизнь у тебя в тумане, Словно в прошлом, играл потом «Вальс цветов» на баяне.
Помню я дождь и грязь на дворе, Вечер темный, беззвездный, Собака лаяла в конуре И глухо шумели сосны...
Пос. Приютино, 1957
О СОБАКАХ
Не могу я Видеть без грусти Ежедневных
собачьих драк, — В этом маленьком Захолустье Поразительно много
собак!
Есть мордастые —
Всякой масти!
Есть поджарые —
Всех тонов!
Только тронь —
Разорвут на части Иль оставят вмиг Без штанов.
Говорю о том Не для смеху,
Я однажды Подумал так:
«Да! Собака —
Друг человеку Одному...
А другому — враг...» Пос. Приютино, 1957
* * *
Снуют. Считают рублики. Спешат в свои дома.
И нету дела публике, что я схожу с ума!
Не знаю, чем он кончится — запутавшийся путь, но так порою хочется ножом...
куда-нибудь!
Пос. Приютино, 1957
Экспромт
Я уплыву на пароходе,
Потом поеду на подводе, Потом еще на чем-то вроде, Потом верхом, потом пешком Пройду по волоку с мешком — И буду жить в своем народе!
Приютит, 1957
* * *
Поэт перед смертью
сквозь тайные слезы жалеет совсем не о том, что скоро завянут надгробные розы и люди забудут о нем, что память о нем —
по желанью живущих — не выльется в мрамор и медь...
Но горько поэту,
что в мире цветущем
ему
после смерти
не петь...
Пос. Приютит, 1957
* * *
Ты хорошая очень — знаю.
Я тебе никогда не лгу. Почему-то только скрываю,
Что любить тебя не могу. Слишком сильно любил другую, Слишком верил ей много дней. И когда я тебя целую, Вспоминаю всегда о ней...
<1957>
О ПРИРОДЕ
Если б деревья и ветер,
который шумит в деревьях,
Если б цветы и месяц,
который светит цветам, — Все вдруг ушло из жизни,
остались бы только люди,
Я и при коммунизме
не согласился б жить!
1957
Морские выходки
(По мотивам Д. Гурамишвили)
Я жил в гостях у брата.
Пока велись деньжата,
все было хорошо.
Когда мне стало туго — не оказалось друга,
который бы помог...
Пришел я с просьбой к брату.
Но брат свою зарплату
еще не получил.
Не стал я ждать получку.
Уехал на толкучку
и продал брюки-клеш.
Купил в буфете водку и сразу вылил в глотку
стакана полтора.
Потом, в другом буфете — дружка случайно встретил
и выпил с ним еще... Сквозь шум трамвайных станций я укатил на танцы
и был ошеломлен:
на сумасшедшем круге сменяли буги-вуги
ужасный рок-н-ролл!
