<p>К ЯЗЫКОВУ<a l:href="#comment_152">{*}</a></p>Я у тебя в гостях, Языков!Я в княжестве твоих стихов,Где эхо не забыло кликовТвоих восторгов и пиров.Я в Дерпте, павшем пред тобою!Его твой стих завоевал:Ты рифмоносною рукоюДерпт за собою записал.Ты русским духом, русской речьюВ нем православья поднял теньИ русских рифм своих картечьюВновь Дерпту задал Юрьев день.Хвала тебе! живое пламяТы не вотще в груди таил:Державина святое знамяТы здесь с победой водрузил!Ты под его широкой славойСвященный заключил союз:Орла поэзии двуглавойС орлом германских древних муз.Он твой, сей Дерпт германо-росский!По стогнам, в россказнях беседЕще грохочут отголоскиТвоих студенческих побед.Ни лет поток, ни элементыТебе не страшны под венцом,И будут поздние студентыЗдесь пить о имени твоем.В Италии читай Виргилья,В Париже Беранже читай:Где музы оперились крылья,Там на полет ее взирай.Я здесь читал, твердил прилежноИ с полным наслажденьем вновьСтихи, где стройно и мятежноВолнуется твоя любовь,Стихи, где отразились яркоТвои студенческие дни,Сквозь кои ты промчался жарко,Как сквозь потешные огни,[1]Стихи, где мужественным словомОтозвалась душа твояВ однообразьи вечно новом,Как все глаголы бытия.Не слушайся невежд холодных,Не уважай судей тупых:Сочувствий тайных и свободныхВ них не пробудит свежий стих.К тебе их суд неблагосклонен,Тем лучше: следственно ты прав!Один талант многосторонен,Многоугодлив и лукав.Но чувство, брошенное скрытноЗалогом жизни в нашу грудь,Всегда одно и первобытно,Чем было, тем оно и будь!Скажите мне: дыханье розы,Рев бури, гул морской волны,Веселья сердца, сердца слезы,Улыбка первая весны,В часы полночного молчаньяЗвездами вытканная твердь,Святые таинства созданья:Рожденье, жизнь, любовь и смерть,И всё, что жизни нам дороже,Чем нам дано цвести, скорбеть,Не также ль всё одно и то же,Как было, есть и будет впредь?Сентябрь 1833, Дерпт<p>ДВА РАЗГОВОРА В КНИЖНОЙ ЛАВКЕ<a l:href="#comment_153">{*}</a></p>— Чем занимается теперь Гизо российский?— Да, верно, тем же всё: какой-нибудь подпискойНа книгу новую, которую — бог даст —Когда-нибудь и он напишет да издаст!— Пусть говорят, что он сплетатель скучных врак,Но публики никто, как он, не занимает!— Как, публики? Бог весть, кто вкус ее узнает? У публики — вот это так!1833<p>ЕЩЕ ТРОЙКА<a l:href="#comment_154">{*}</a></p>
