Спасителя рожденьемВстревожился народ;К малютке с поздравленьемПустился всякий сброд:Монахи, рифмачи, прелестники, вельможи —Иной пешком, другой в санях,Дитя глядит на них в слезахИ вопит: «Что за рожи!»Совет наш именитый,И в лентах и в звездах,Приходит с шумной свитой —Малютку пронял страх.«Не бойся, — говорят, — сиди себе в покое,Не обижаем никого.Мы, право, право, ничего,Хоть нас число большое».Наш Неккер, запыхаясь,Спасителю сквозь слез,У ног его валяясь,Молитву произнес:«Мой боже, сотвори ты в нашу пользу чудо!Оно тебе как плюнуть раз,А без него, боюсь, у насФинансам будет худо!Склонись на просьбу нашу.Рука твоя легка,А для тебя я кашуНачну варить пока.О мастерстве моем уже днесь всякий сведал,Я кашу лучше всех варю,И с той поры, как взят к царю,Я только то и делал».Сподвижник знаменитыйЕго достойных дел,Румянами покрытый,К Марии вдруг подсел.Он говорит: «Себе подобного не знаю,Военным был средь мирных лет,Теперь, когда торговли нет,Торговлей управляю».Пронырливый от векаСибирский лилипут,Образчик человека,Явился Пестель тут.«Что правит бог с небес землей — ни в грош не ставлю;Диви, пожалуй, он глупцов,Сибирь и сам с Невы бреговИ правлю я, и граблю!»К Христу на новосельеНесет министр овецРоссийское изделье,Суконный образец!«Я знаю, — говорит, — сукно мое дрянное,Но ты носи, любя меня,И в «Северной» о друге яСкажу словцо-другое!»Вдруг слышен шум у входа:Березинский геройКричит толпе народа:«Раздвиньтесь: я герой!»«Пропустимте его, — вдруг каждый повторяет, —Держать его грешно бы нам,Мы знаем, он других и самОхотно пропускает».Украшенный венками,Приходит Витгенштейн,Герою рифмачамиДавно приписан Рейн!Он говорит: «Бог весть, как с вами очутился,Летел я к славе налегке,Летел, летел с мечом в руке,Но с Люцена я сбился!»Нос кверху вздернув гордоИ нюхая табак,Столп государства твердый,А просто: злой дурак!Подводит из Москвы полиции когорту;Христос, ему отбривши спесь,Сказал: «Тебе не место здесь, —Ты убирайся к черту!»Захаров пресловутый,Присяжный славянин,Оратор наш надутый,Беседы исполин,Марии говорит: «Не занят я житейским,Пишу наитием благим,И всё не языком людским,А самым уж библейским!»Дородный КарабановМладенцу на досугВыносит из кармановСтихов тяжелый пук.Тот смотрит на него и рвется из пеленок,Но, хорошенько рассмотрев,Сказал: «Наш разживает хлев,К ослу пришел теленок!»С поэмою холоднойСтуденый ШаховскойПриходит в час свободныйЧитать акафист свой.При первых двух стихах дитя прилег головкой.«Спасибо! — дева говорит. —Читай, читай, смотри, как спит,Баюкаешь ты ловко!»К Христу оратор новыйПодходит, Филарет:«К услугам вам готовый,Аз невский Боссюэт!Мне, право, никогда быть умником не снилось,Но тот шепнул, другой сказал.И что я в умники попал,Нечаянно случилось!»К Марии благодатнойРастрепанный бежитКликушка князь Шахматный,Бьет об грудь и визжит:«Святая! будь мне щит, я вовсе погибаю;Лукавый смысл мой помрачил,Шишковым я испорчен был,Очисти! умоляю!»Хвостовы пред малюткойДруг с другом входят в бой;Один с старинной шуткой,С мешком стихов другой.Один кричит: «Словцо!» Другой мяучит: «Ода!»Христос-малютка, их прослушав вздор,Сказал, возвыся к небу взор:«Несчастная порода!»За ними пара ЛьвовыхВыходит из толпы,Беседы стен ПетровыхНадежные столпы.Прослушавши Христос приветствие их длинноИ смеря с ног до головы,«Уж не Хвостовы ли и вы?» —Спросил он их невинно.Трактат о воспитаньиПриносит новый Локк:«В малютке при стараньи,Поверьте, будет прок.Отдайте мне его, могу на Нижний смелоСослаться об уме своем.В Гишпаньи, не таюсь грехом,Совсем другое дело!Горация на шеюСебе я навязал, —Я мало разумею,Но много прочитал!Малютку рад учить всем лексиконам в мире,Но математике никак,Боюсь, докажет — я дурак,Как дважды два четыре!»К Марии с извиненьемПодкрался Горчаков,Удобривая чтеньемПохвальных ей стихов.Она ему в ответ: «Прошу, не извиняйся!Я знаю, ты ругал меня,Ругай и впредь, позволю я,Но только убирайся!»Беседы сын отважный,Пегаса коновал,Еров злодей присяжный,Языков тут сказал:«Колена преклонив, молю я Иисуса:Храни, спаси нас от еров,Как я спасаюсь от чтецов,От смысла и от вкуса».Между 1814 и 1817
