Конрад Цельтис начнет ровно в первом часу пополудниГреческий преподавать в собственном доме своем.<p><emphasis><strong>50. Цельтис Академии</strong></emphasis><a l:href="#n764" type="note">[764]</a></p>Завтра, когда уже Феб миру явит северных конейИ пополудни когда час уж второй отобьют,Луций тогда пребывать будет в нашем зале и скажетОн обо всем, что найдем и на земле и средь звезд.<p><emphasis><strong>51. К Бургу</strong></emphasis><a l:href="#n765" type="note">[765]</a></p>Клятвенно двадцать монет ты мне, Бург, обещал ежегодно,Но не даешь, а в моих хочешь творениях быть.Если бы кто захотел хвалить мои строки деньгами,В целом бы мире никто не был богаче меня.Вот что недавно совсем надо б сердцу постигнуть поэта:Бург, ты горазд обещать, но не давать ничего.<p><emphasis><strong>52. О нем же</strong></emphasis></p>Бург, говоришь, что со мною ты поровну делишь любыеБлага Фортуны, что стал другом недавно моим.Вижу, однако, что Бург только тех и считает друзьями,Кто не должны получать и не нуждаться ни в чем.<p><emphasis><strong>53. О двух пораженных молнией монахах (Из сочинений Альберта Великого)</strong></emphasis><a l:href="#n766" type="note">[766]</a></p>Небо застыло когда, покрытое тучами густо,Из отягченных глубин молнии грозно меча,Двое монахов спешат уйти от грозы наступившей,Чтобы достигнуть скорей монастыря своего.Но одновременно рок настигает злосчастный обоих,Падает с ливнем когда, вспыхнув, небесный огонь.И одного из них тело погибельный огнь обращаетВ прах, лишь один капюшон не повреждает его.Огнь у другого палит капюшон, не тронувши тела;Неба огонь обнажил мужа святого, а он,Вообразив, что как спутник Юпитером взят он на небо,Эти одежды одел, кои не тронул огонь.Шагом дрожащим спешит он к себе в монастырь, восклицая,Что сотоварищем он в царство Юпитера вхож.<p><emphasis><strong>54. О присланном кабане</strong></emphasis><a l:href="#n767" type="note">[767]</a></p>Шлешь кабана мне; пусть он не кабан, но Муза допуститВечное имя, — оно, может быть, ждет и тебя.<p><emphasis><strong>55. На представление «Кубышки» в актовом зале Венского университета</strong></emphasis><a l:href="#n768" type="note">[768]</a></p>Каждый, кто здесь пожелал бы латинские зрелища видеть,Как представлялись они в школах латинских не раз, —Греция их когда-то искусно давала в театрах,Рукоплескала когда зрителей бурно толпа, —Без промедленья в наш зал пусть он зрителем явится ныне,Первый когда отобьет час молоток на часах.<p><emphasis><strong>56. На буквы для наборного письма</strong></emphasis><a l:href="#n769" type="note">[769]</a></p>Мы, германцы, недавно открыли искусство печати,Больше таланты его распространили теперь.Буковка малая все, что ты пожелаешь, напишет.Греческим, римским, а то и иудейским письмом.<p><emphasis><strong>57. В актовом зале Венского университета под изображением Максимилиана</strong></emphasis><a l:href="#n770" type="note">[770]</a></p>Виждь, что соделать могли бы созвездия, мир изменяя:Три возвратились уже властью моей языка.<p><emphasis><strong>58. В нем же</strong></emphasis></p>Славы великой никто без великих трудов не стяжаетИ, переменчивой, пот вечно сопутствует ей.
