Я не люблю воспоминаний – нет!О, если б всё, всё сердце позабыло!Пересмотрев ряды минувших лет,Я думаю: зачем всё это было?Прошедшее за мною, как змея,Шипя, ползет. Его я проклинаю.Всё, что узнал, ношу как бремя яИ говорю: «Зачем я это знаю?»Под разума критической лозойВся жизнь моя мне кажется ошибкой.На что смотрел я прежде со слезой,Теперь смотрю с насмешливой улыбкой.Пред чем горел я пламенем грудным,Пред тем стою с бесчувственностью трупа;О том, что мне казалось неземным,Готов сказать: «Как это было глупо!»А для чего желал бы я забытьМинувшее? – Чтоб сердцем стать моложеИ в будущем возобновить всё то же,Все глупости былые повторить, –Растратить вновь святые упованья,И, опытов хватая барыши,За них продать и девственность незнанья,И светлое ребячество души.Как весело, пока живешь и любишь,И губишь всё, что думал век любить!..Нехорошо всё это погубить,А хорошо, пока всё это губишь.Между 1850 и 1856<p>Н. Б. Вележеву</p><p>(При посылке собрания стихотворений)</p>Блюститель первого условьяВсех наслаждений жизни сей,Вы – доктор наш, вы – страж здоровья,И свят ваш подвиг средь людей.Я – стихотворец, и на лиреДано играть мне в этом мире –В сей скудной сфере бытия,Где мы живем, томимся, тужим;Но не гармонии ль мы служим,Почтенный доктор, вы и я?Вникает в тайны механизмаТелесных сил ваш зоркий взгляд,Чтоб наши струны организмаПорой настроивать на лад,Чтоб вновь они, в их полном ходе,Пристроясь к жизни торжеству,Звучали песнию природеИ громким гимном божеству;По строгим правилам наукиСоразмеряете вы их, –А я ввожу в размеры звукиИ их слагаю в мерный стих –И счастлив, ежели хоть слово,Хоть звук, обдуманный в тиши,Встает и живо, и здоровоСо дна болезненной души.И так – мы сходными тропамиИдем, и – ваш слуга по гроб –Кладу пред вашими стопамиМое собранье рифм и стоп,Да служат вам порой, хоть редко,В забаву легкую оне,Как все рецепты ваши меткоВсегда служили в пользу мне.Между 1850 и 1856<p>Вьющееся растение</p>
