«Вход воспрещается» – как часто надпись этуВстречаешь на вратах, где хочешь ты войти,Где входят многие, тебе ж, посмотришь, нетуСвободного пути!Там – кабинет чудес, там – редкостей палата!Хотел бы посмотреть! Туда навезеноДиковин множество и мрамора, и злата, –Пойдешь – воспрещено!Там, смотришь, голова! Прекрасной мысли, знаньяТы пробуешь ввести в нее отрадный свет –Напрасно! Тут на лбу, как на фронтоне зданья,Отметка: «Впуска нет».А там – храм счастия, кругом толпы народа,Иные входят внутрь, ты хочешь проскользнуть,Но стража грозная, стоящая у входа,Твой заграждает путь.Ты просишь, кланяясь учтиво и покорно,Ногою шаркая, подошвою скользя:«Позвольте!» – А тебе настойчиво, упорноОтветствуют: «Нельзя».Нельзя! – И мне был дан ответ того же рода.Нельзя! – И, сближены нам общею судьбой,О Гебгардт, помнишь ли, тогда в волнах народаМы встретились с тобой?«Да почему ж нельзя? Проходят же другие!» –Спросили мы тогда, а нам гремел ответ:«Проходят, может быть, да это – не такие, –Для вас тут места нет.Вы – без протекции. Вы что? Народ небесный!Ни знатных, ни больших рука вам не далась.Вот если было бы хоть барыни известнойХодатайство об вас!Просили бы о вас пригожие сестрицы,Колдунья-бабушка иль полновесный брат!А то вы налегке летите, словно птицы, –Назад, дружки, назад!»«Что делать? Отойдем! Нам не добиться счастья, –Мы грустно молвили, – златой его венецНам, верно, не к лицу. Поищем же участьяУ ангельских сердец!»Идем. Вот женщина: открытая улыбка,Открытое лицо, открытый, милый взгляд!Знать, сердце таково ж… Приблизились – ошибка!И тут ступай назад!«Вход воспрещается», задернута завеса,Дверь сердца заперта, несчастный не войдет,А между тем туда ж какой-нибудь повесаТоржественно идет.Полвека ты дрожал и ползал перед милой,Колени перетер, чтоб заслужить венец,Молчал, дышать не смел, и вот – с последней силойСобрался наконец.«Позвольте, – говоришь, – воздайте мне за службу!Мой близок юбилей». – «Не требуй! Не проси! –Ответят. – Нет любви, а вот – примите дружбу!»– «Как? Дружбу? – Нет, merci!Не надо, – скажешь ты, – на этот счет безбедноИ так я жить могу в прохладной тишине,Холодных блюд не ем, боюсь простуды, – вредноМороженое мне».Дивишься иногда, как в самый миг рожденьяНам был дозволен вход на этот белый светИ как не прогремел нам голос отверженья,Что нам тут места нет.Один еще открыт нам путь – и нас уважат,Я знаю, как придет святая череда.«Не воспрещается, – нам у кладбища скажут, –Пожалуйте сюда!»На дрогах нас везут, широкую дорогуМы видим наконец и едем без труда.Вот тут и ляжем мы, близ церкви, слава богу!..Но нет – и тут беда!И мертвым нам кричат: «Куда вы? Тут ограда;Здесь место мертвецам большим отведено,Вам дальше есть места четвертого разряда,А тут – воспрещено!»Февраль 1857
