Небритый, смеющийся, бледный,в чистом пиджаке,без галстука, с маленькой, меднойзапонкой на кадыке;он ждет; и всё зримое в миретолько — высокий забор,жестянка в траве и четыредула, смотрящих в упор.Так ждал он, смеясь и мигая,на именинах не раз,чтоб магний блеснул, озаряябелые лица без глаз.Всё. Молния боли железной…Неумолимая тьма.И, воя, крутится над безднойангел, сошедший с ума.<20 декабря 1927>