Когда поют мужчины,стоя ли плечом к плечу,затылок ли в затылок,то бороною медных голосовидут по сердцу гулом…Они гудят, как корабли,где выстроились в рядфигуркив белых бескозырках,тех,что потомтеченьеспустит по реке:бесчисленноебелое на красном…Они гудят, как поезда,украшенные профилемс мясистым носоми щеткою усов,несущие по нервам рельсовтенивповалку спящих,измученных, голодных,изувеченных –всех тех,у кого внутриотныне будет пепелище.Они гудят, как самолеты,похожие на разъяренных птиц,в которых – в одиночку –рисуют сложные и страшные рисунките,кто так мечтал о небе…Они гудят. Объемно,из глубины невыплаканной боли,из сердцевины неудобной правды,из чащи леса…И гул стоит такой,как гул от тишинынаутро после боя,где поле – навсегда не поле,а летописнаяродная сторона…<p>«Меня не звали – я сама пришла…»</p>Меня не звали – я сама пришла.Позаклинав большую дверь подъезда,На полусогнутых ногах вошла,Вдруг осознав: все это бесполезно…Никак не пишется у нас с тобой рассказО двух волках с кровоточащей грудью.Мы – лишь проекции своих печальных глаз,В которых страх и жажда правосудья.Я, как на лед, на кафельную плиткуШагнув, боялась, что провалится сапогИ я погибну. Прямо возле лифта.И так и не ступив на твой порог…<p>«То, что я считаю тобой…»</p>То, что я считаю тобой,прекрасно.То, что я считаю тобой,достойно самой сердечной молитвы.То, что я считаю тобой,помогает мнеглубже дышатьи шире разводить руки,глядя на горизонт.То, что я считаю тобой, –потайное отделение и кресало.То, что я считаю тобой, –плавучий маяк.То, что я считаю тобой, –фильтрующая плотинана реке моих встреч и моих да.То, что я считаю тобой, –мое не воспроизводимое кинодушевного беспокойства.То, что я считаю тобой, –преодоление гравитации.То, что я считаю тобой, –моя вера в предначертанность.То, что я считаю тобой.То, что я считаю тобой…<p>Моряк и плясунья</p>
