В сырой избушке шорника ЛукьянаСтаруха-бабка в донышке стаканаРастила золотистое зерно.Да, видно, нам не ко двору оно.Лукьян нетрезв, старуха как ребенок,И вот однажды пестренький цыпленок,Пища, залез на лавку, на хомут,Немножко изловчился – и капут!<1906–1911><p>Мужичок</p>Ельничком, березничком – где душа захочет —В Киев пробирается божий мужичок.Смотрит, нет ли ягодки? Горбится, бормочет,Съест и ухмыляется: я, мол, дурачок.«Али сладко, дедушка?» – «Грешен: сладко, внучек».«Что ж, и на здоровье. А куда идешь?»«Я-то? А не ведаю. Вроде вольных тучек.Со крестом да с верой всякий путь хорош».Ягодка по ягодке – вот и слава богу:Сыты. А завидим белые холсты,Подойдем с молитвою, глянем на дорогу,Сдернем, сунем в сумочку – и опять в кусты.<1906–1911><p>Дворецкий</p>Ночник горит в холодном и угрюмомОгромном зале скупо и темно.Дом окружен зловещим гулом, шумомСтолетних лип, стучащихся в окно.Дождь льет всю ночь. То чудится, что кто-тоК крыльцу подъехал… То издалекаНесется крик… А тут еще забота:Течет сквозь крышу, каплет с потолка.Опять вставай, опять возись с тазами!И все при этом скудном ночнике,С опухшими и сонными глазами,В подштанниках и ветхом сюртучке!<1906–1911><p>Песня</p><p>(«На пирах веселых…»)</p>На пирах веселых,В деревнях и селах Проводил ты дни.Я в лесу сиделаДа в окно глядела На кусты и пни.Девки пряли, шили,Дети с нянькой жили, Я всегда одна —Ласковей черницы,Тише пленной птицы И бледнее льна.Я ли не любила?Я ли не молила, Чтоб господь помог?А года летели,Волоса седели… И замолк твой рог.Солнце пред закатомБродит по палатам, Вдоль дубовых стен.Да оно не греет,Да душа не смеет Кинуть долгий плен.<1906–1911><p>Зимняя вилла</p>Мистраль качает ставни. Целый деньПечет дорожки солнце. Но за домом,Где ледяная утренняя тень,Мороз крупой лежит по водоемам.На синеве и белый новый дом,И белая высокая оградаСлепят глаза. И слышится кругомЗвенящий полусонный шелест сада.Качаясь, пальмы клонятся. Их жаль, —Они дрожат, им холодно от блескаДалеких гор… Проносится мистраль,И дом белеет слишком резко.<1906–1911><p>Памяти</p>Ты мысль, ты сон. Сквозь дымную метельБегут кресты – раскинутые руки.Я слушаю задумчивую ель —Певучий звон…Все – только мысль и звуки!То, что лежит в могиле, разве ты?Разлуками, печалью был отмеченТвой трудный путь. Теперь их нет. КрестыХранят лишь прах. Теперь ты мысль. Ты вечен.<1906–1911><p>Березка</p>
