Стоит мне захотеть, —говорю, —и я увековечу ее красотув тысячах гранитных,бронзовыхи мраморных статуй,и навсегда останутсяво вселеннойее тонкие ноздрии узенькая ложбинкаснизу между ноздрей —стоит мне только захотеть!Экий бахвал! —говорят. —Противно слушать!Стоит мне захотеть, —говорю, —и тысячелетиябудут каплями стекатьв ямки ее ключици высыхать там,не оставляя никакого следа, —стоит мне лишь захотеть!Ну и хвастун! —говорят. —Таких мало!Тогда я подхожу к ней,целую ее в висок,и ее волосыначинают светитьсямягким голубоватым светом.Глядяти глазам своим не верят.<p>Накатило</p>Накатило,обдало,ударило,захлестнуло,перевернуло вверх тормашками,завертело,швырнуло в сторону,прокатилось над головойи умчалось.Стою,отряхиваюсь.Доволен — страшно.Редко накатывает.<p>Возвышенная жизнь</p>Живу возвышенно.Возвышенные мыслико мне приходят.Я их не гоню,и мне они смертельно благодарны.Живу возвышенно.Возвышенные чувстваза мною бегают,как преданные псы.И лестно мнеиметь такую свиту.Живу возвышенно,но этого мне мало —все выше поднимаюсь постепенно.А мне кричат:— Куда вы?Эй, куда вы?Живите ниже —ведь опасна для здоровьянеосмотрительно возвышенная жизнь!Я соглашаюсь:— Разумеется, опасна, —и, чуть помедлив,продолжаю подниматься.<p>Коктейль</p>Если взятьтень стрекозы,скользящую по воде,а потоммраморную голову Персефоныс белыми слепыми глазами,а потомспортивный автомобиль,мчащийся по проспектус оглушительным воем,а послеконцерт для клавесина и флейтысочиненный молодым композитором,и, наконец,стакан холодного томатного сокаи пару белых махровых гвоздик,то получится довольно неплохойи довольно крепкий коктейль.Его можно сделать еще крепче,если добавитьвечернюю прогулку по набережной,когда на кораблях уже все спяти только вахтенные,зевая,бродят по палубам.Пожалуй,его не испортил быи телефонный звонок среди ночи,когда вы вскакиваете с постели,хватаете трубкуи слышите только гудки.Но это ужена любителя.<p>Светлая поляна</p>
