Я жалобу всегда скрывал —Мужское, властное началоМне вслух грустить не позволяло,И, стиснув зубы, я страдал.Так почему ж сейчас слезаКакой-то странною напастьюОт полноты земного счастьяТуманит медленно глаза?1932<p>65. «Ты светла, словно солнцем ты вымылась…»</p>Ты светла, словно солнцем ты вымылась,Где пройдешь — словно теплится свет.Тонкой веткой дорожная жимолостьНа заре тебе машет вослед.1932<p>66. «Ты спросила меня, как зовется…»</p>Ты спросила меня, как зоветсяТа звезда, — я не помнил, не знал,Я в наплыве небесного воскаГлубь зрачков твоих ясных искал.Знаю, там, в высоте, за оленемПроскакал беспощадный стрелок.Если б я неизбежным веленьемВ высоту сразу ринуться б смог,Ты звезде мое имя дала бы,До утра выходила смотретьНад обрывом, где финские лайбыТянут к берегу редкую сеть.И тогда не страшила б разлука,Не томил наступающий день, —Может, всё мое счастье, вся мука —Этот скачущий звездный олень.1932<p>67. ДУБ</p>Грозой расколот дуб огромный,Она прошла, испепеляВесь край той ветки, темной-темной,Чуть ноздреватой, как земля.Остался след в долине этойМелькнувшей молнии былой,И пахнет воздух разогретыйПрогорклой северной смолой.А где же молния? СияньемУже вдали слепит она…Пусть ты ушла, — а всё дыханьемТвоим душа обожжена.1932<p>68. «Море разделившая зарница…»</p>Море разделившая зарницаЗажигает реи кораблей…Хочешь, расскажу я про синицуСказку самых ранних, детских дней?Та синица за море ходила,За морями города зажгла…Как я ей завидовал, и силаВ этой сказке дедовской была.«Да какая ж это вот синица?» —Спрашивал у взрослых я не раз…Увидал — безропотная птица,А гляди ж, какой о ней рассказ…1932<p>69. «Как темная даль беспредельна была…»</p>
