— Не здесь и не сейчас, прошу тебя, — ответила она, так и не обернувшись. Я посмотрел на бледное лицо Идлин. Я не собирался выяснять отношения здесь. Мне просто нужно было… Я и сам не знал, чего хотел. Наверное, просто быть рядом с ними.
— Хорошо, но я останусь здесь, — я сел на стул, уступив мягкое кресло ей. Америка недовольно посмотрела на меня, но спорить не стала, а я обрадовался тому, что она наконец-то посмотрела на меня. Дверь снова открылась. Включив ночник, Алана протянула Америке стакан воды и таблетки. Она отмахнулась от них, но Алана продолжила стоять у неё над душой.
— Пей, иначе свалишься от болевого шока, — отрезала она. — Хочешь, чтобы Идлин проснулась и увидела тебя в таком состоянии? — Америка, нехотя, приняла лекарство и устало опустилась в кресло, но руку Идлин так и не выпустила.
— Как прошла операция?
— Хорошо, — ответила Алана и протянула ей планшет, куда постоянно что-то записывали медсёстры. — Показания очень хорошие. Идлин крепкая девочка и видимо хочет поскорее вернуться к нам. Надеюсь к утру она уже придёт в себя. Доктор Карвер хочет снять с неё завтра маску. Ей будет больно, но мы будем вводить ей обезболивающее. Мы хотим облегчить боль, а дышать она должна сама и привыкать это делать полной грудью.
— Хорошо, — устало ответила Америка. Алана кивнула. Постояв несколько минут возле неё, она направилась к двери. — Алана, — позвала Америка. Та остановилась. — Спасибо. Я наговорила лишнего в коридоре. Прости меня. Я была сама не своя. Ты поступила правильно, что решила делать операцию без меня. Именно об этом мы и договаривались, если со мной что-то случится. Спасибо.
— Не за что, — улыбнулась Алана. — Идлин для меня, как родная дочь. Никогда не забывай об этом. Я сделаю для неё всё что угодно, только бы она была здорова и счастлива.
— Поэтому ты пропустила его? — Америка покосилась на меня, а я сделал вид, что не обращаю внимания на их разговор.
— Он был настойчив, — хмыкнула девушка. — И, — протянула она. — достаточно щедр.
— Вот как, — Америка посмотрела на меня. — Благодарю, Ваше Величество, но не стоило идти на такие жертвы. Я была в состоянии сама оплатить операцию. Вам вернут ваши деньги.
— Не стоит, — ответил я, задетый её отстранённым тоном, но Америка вновь потеряла ко мне всякий интерес. Она, поморщившись, снова прижала руку к ране и повернулась к Идлин. — Не спорю, я действовал в собственных интересах, потому что ситуация в корне изменилась. И я не приму Ваши деньги. Как мне стало известно, Идлин предстоит реабилитация.
— Ваше беспокойство похвально, но я могу сама позаботиться о материальном состоянии своей дочери.
— Я тоже имею полное право помочь ей, — повысил я голос.
— Ух, как здесь горячо, — вставила Алана, помахивая рукой. — Прям как в парилке.
— Мы не нуждаемся в Вашей помощи, — отрезала Америка. Я собрался было открыть рот, но заметил, как Алана еле заметно покачала головой, а потом показала на дверь. Я встал, отдёрнул пиджак и вышел из комнаты. Алана последовала за мной и тихо прикрыла за нами дверь.
— Я не понимаю, почему она себя так ведёт? — устало спросил я, взъерошив свои волосы.
— Она напряжена, как оголённый провод, не стоит её сейчас трогать, — спокойно ответила Алана. — Олив долгие годы держала всё в секрете, и теперь просто не знает, как себя вести. Она и мне открылась совсем недавно. Её предали, обвинили в том, чего она не совершала, в неё стреляли, и пока она была в отключке, мы решили прооперировать Идлин без её ведома. У неё стресс, который мне даже не снился. Ума не приложу, как она всё это выдерживает. Она, как робот с человеческими чувствами, действующий на автопилоте. Плюс ко всему, она боится вас.
— Меня? Зачем меня бояться? Я ведь ничего ей не собираюсь делать.
— Дело не в физическом насилии, — лаконично заметила она. — Ей страшно, потому что вы теперь всё знаете, — вздохнула Алана.
— Не спорю, я злюсь, но я не собирался давить на неё.
— Максон, — осторожно произнесла Алана. — Я могу вас так называть?
— Это моё имя, почему бы и нет? — раздражённо отмахнулся я.
— Я не привыкла общаться с титулованными особами. Это происходит не каждый день, да и королей я только по телевизору видела, — отшутилась она, а потом снова приняла серьёзный вид. — Дайте ей свободу. Вы геройски ворвались в её жизнь, разбрасываясь деньгами. Она почти пять лет тянула это на своих плечах, а теперь заявляетесь вы и раздаёте дары. Вам не было дело до бедного ребёнка раньше, но как только вы узнали, кем она вам приходится, вы пошли напролом. Олив уязвлена. Она не любит, когда вот так вмешиваются в её жизнь. Она не принимала помощь ни от меня, ни от Джейка. К тому же, вы вломились к Идлин без её ведома. Она мать, которая защищает своего ребёнка. Она собственница, которая не потерпит на этой территории постороннего, — она перевела дыхание. — На будущее, запомните раз и на всегда. Не пытайтесь подкупить Идлин, иначе потеряете доверие Оливии. Она загнанный зверёк, который боится, что вы отнимите Идлин.
— Я не собирался этого делать, — потерянно ответил я.
