— Ваша очередь, Оливия, — она ободряюще мне улыбнулась и отошла в сторону, давая мне пройти к лестнице. Открыв футляр, я достала скрипку со смычком и вышла на сцену.
Вокруг было всё таким пёстрым и разношёрстным. Отсюда открывался ошеломляющий вид на всю эту сумасбродную толпу людей, которая нарядилась во что попало. Отыскав Джейка, я получила одобрительный кивок.
Я закрыла глаза, пытаясь забыть о том, что я находилась перед толпой гостей и, что на меня было направленно около десятка видеокамер. Вдох и выдох. Постепенно мир начал затихать в ожидании. Незачем было бояться. Я делала это не впервой. Меня с самого детства приучили к этому.
Стоять перед сотней зрителей было не страшно. Было страшно из-за того, что появилась навязчивая идея сыграть что-то из своего репертуара. То, что никто и никогда не слышал. Если я не могла рассказать свою историю словами, то пусть это сделает музыка.
Я поднесла смычок к струнам, замирая на секунду и принимая окончательное решение. Сорвался тихий протяжный звук, за ним второй, третий. И вот я полностью отдалась мелодии, становясь с ней единым целым.
Сейчас я играла для себя. Это то, чем я любила заниматься; то, что заставляло меня улыбаться и наслаждаться жизнью. Я играла просто так, не для того, чтобы получить несколько сотен. Нет, я играла, просто наслаждаясь самим процессом. Аспен был прав. Печально, когда любимое занятие становится рутиной.
Я отважилась открыть глаза и, как нельзя кстати, встретилась взглядом с Максоном. Как и тогда, восемь лет назад, когда я играла на дне рождения Крисс. «Боже, это было так давно, но отчего-то казалось таким близким». Словно мы вновь оказались в прошлом. Глаза в глаза. Мелодия, и наше немое общение. Я заметила, как он нахмурился, а потом отвёл взгляд.
Мелодия набрала высоту, становясь дикой и необузданной, повествуя о том нелёгком времени, когда беда сыпалась на мою голову одна за другой, и на этой ноте я всё внезапно оборвала, оставляя гостей в растерянности. Вот оно. То самое чувство недосказанности, которое преследовало меня всю мою жизнь.
Я покинула сцену под громкие аплодисменты, смущённо улыбаясь и принимая посыпавшиеся со всех сторон комплименты.
— Ты была прекрасна, — шепнул Джейк, уводя меня от гостей. — Как ты?
— Нормально, — выдохнула я, чувствуя, как дрожь в руках начала потихоньку отпускать.
— Прогуляемся? — предложил он, посмотрев мне за спину. Я обернулась и увидела Гаврила, который еле заметно кивнул и направился в сторону тропинок, уходящих в глубь сада. Однако, я никого с ним не заметила. «Может, нас уже ждали?».
Джейк подал мне руку, и мы вместе вступили под сень деревьев, медленным прогулочным шагом, чтобы никто нас не заподозрил. Джейк опустил на лицо карнавальную маску.
— А мне? — пискнула я, чувствуя подступающих страх.
— Тебя и так знают, — отмахнулся он. Мы вышли на небольшую поляну, где в увитой плющом беседке уже сидело двое. Здесь не было слышно музыки, которая играла у дворца, да и фонарей было меньше. Декораторы явно не предполагали, что сюда кто-то пойдёт.
Мы вошли в беседку, и я буквально сразу же угодила в объятия.
— Я так рада тебя видеть, Америка, — произнёс знакомый женский голос. Я удивлённо посмотрела на маску, силясь вспомнить, кому принадлежал этот голос. Девушка приподняла маску и лучезарно мне улыбнулась.
— Джорджия? — выдохнула я, а потом перевела взгляд на высокого мужчину, который тоже приподнял маску, вслед за своей подругой. — Август?
— Говорите потише, — шикнул Гаврил, входя в беседку. Август и Джорджия вновь опустили свои маски, скрывая лица.
— А это не опасно? — уже тише спросила я, оглядываясь в сторону дворца. — В смысле, появляться здесь прямо под носом у королевы и совета?
— Сегодня Хэллоуин и на нас маски — это раз. Темно — это два. И что самое главное: отсутствует король. Остальное неважно, — произнёс Август.
Я и не знала, что сказать. Где-то на задворках сознания, я предполагала, что это могли быть Август с Джорджией, но встретив их, из головы разом вылетели все нужные вопросы. Я просто стояла в центре беседки и открывала рот, как выброшенная на берег рыба.
— Кажется, ей нужно выпить, — заметил Гаврил.
— Выпьет после того, как поговорим, — жёстко заметил Август.
— Да, — протянула я, садясь на скамеечку. — Как у вас дела? — ляпнула я первое, что пришло в голову, потому что я действительно была в растерянности. Впервые за долгое время я была сама собой и говорила с теми, кто знал меня. Да, я готова была расплакаться прямо здесь и сейчас.
— У нас всё хорошо, у тебя как? — улыбнулась Джорджия, садясь рядом со мной.
— Нормально, — шепнула я, разглядывая часть её лица, которое не было прикрыто маской.
— Америка, у нас мало времени, — вмешался Август. — Я понимаю, ты потрясена, но соберись пожалуйста с мыслями.
— Да, минуточку, — я перевела дух, пытаясь взять себя в руки. — Так, хорошо. Как давно вы знаете? — задала я первый вопрос из списка.
— Почти с самого начала, — ответила Джорджия.
