Стингрей в Зазеркалье полностью

19 июня «Горбушка» гудела. Зал был забит до отказа, с двух балконов люди чуть ли не сваливались вниз, а в партер они набились, как сельди в бочку. Концерт снимали для «Программы “А”» и транслировали в прямом эфире по «Радио 101». Все доходы от продажи билетов шли в фонд московского отделения «Гринписа». На заднике сцены, за спиной аккомпанировавшей всем солистам «Бригады С», был развернут огромный стяг со словами GREENPEACE ROCKS.

– Для меня это не просто очередная тусовка, – говорил в телекамеру за кулисами Александр Ф. Скляр. – Это важная акция. Конечно, она ничего не изменит. Но мы все ничего не можем изменить в нашей жизни.

– Да, мы сомневаемся в чистоте некоторых продуктов, – отвечал другому журналисту Воронов. – Но тем не менее будем бороться, чтобы нас окончательно не отравили.

Я стояла рядом, слушала обоих и сияла от счастья.

Фаны весь концерт провели на ногах, подпевая и бурно выражая свой восторг. Они размахивали флагами, пластинками Greenpeace Rocks и даже моими черно-белыми фотографиями. На сцене мы все помогали друг другу – эта атмосфера дружбы и братства напомнила мне Ленинградский рок-клуб 80-х, когда все были на одной сцене, объединенные общей любовью к музыке.

– Я так рада, что все вы пришли сюда сегодня! – прокричала я со сцены после своей первой песни. – Вы любите «Гринпис»?

Толпа ответила дружным «Да!»

– Давай вместе со мной: Гринпис!!!

Я вскинула руки вверх, и весь зал последовал моему примеру. Наша общая энергия наполнила воздух электричеством. Чувство было непередаваемое!

– Земля – наш дом! Не надо мусорить! – продолжила я общение с залом после того, как мы с Галаниным спели Turn Away. Лицо у меня пылало, голова кружилась. Тысячи голосов в зале слились в один.

После меня на сцену вышел Сергей Воронов – блюзмен-хиппи в белой куртке, ковбойской шляпе и с кольцом в ухе. Под слайд-гитару он спел свою Walking in the Diamond Rain с английским текстом. Скляр исполнил акустическую версию своей «Пьяной песни». Таким, каким он был в тот вечер, я никогда его раньше не видела, – прекрасный бард из далекого замка, рассказывающий под музыку свои истории. Андрей Макаревич с улыбкой на мальчишеском лице спел несколько старых классических хитов – «Марионеток» вместе с ним пел весь зал. Гарик Сукачёв преобразил «Битника» Цоя, а трогательная баллада Юрия Шевчука заставила замереть весь зал.

В заключение концерта «Бригада С» с Сашей на барабанах заиграла Come Together. Я вышла в мужской рубашке бирюзового цвета и в цветастой шляпе-цилиндре. Чувство было такое, будто я парю над сценой.

– Я хочу, чтобы вся Земля была в таких же цветах, как моя шляпа! – этими словами я завершила песню. Толпа встретила их ревом восторга.

«Программа “А”» сыграла огромную роль в успехе всего проекта. Она дала мне платформу, на которой я получила возможность говорить об экологии и сделать это понятие близким и понятным широкому кругу россиян. Все, что мы делали вместе с «Гринписом», было совершенно новым для России, и я знала, что для успеха наши цели и задачи нужно сделать максимально ясными и понятными. Именно в эфире «Программы “А”» я объясняла принцип нашей совместной работы, говорила о необходимости жертвовать своими временем и энергией и о творческом сотрудничестве. Нам даже позволили пустить в эфир рекламный ролик «Гринписа». Ролик был мощным и устрашающим: мать отправляет ребенка на улицу гулять в… скафандре – чтобы уберечь от загрязненного воздуха.

Роль рок-музыки всегда состояла в том, чтобы добиваться перемен, побуждать и вдохновлять людей на определенного рода чувства и действия. Железный кулак больше не крошил надежды и чаяния россиян. Теперь же наш долг состоял в том, чтобы отвести угрозу от планеты.

При всей моей любви к концертам больше всего я мечтала о собственной передаче на ТВ. Я подала заявку на программу «Red Wave представляет», в которой мои интервью с западными звездам перемежались бы с их видеоклипами. Идея понравилась, встал только вопрос о финансировании. Собственных средств у канала не было, но они были готовы предоставить мне три минуты для размещения рекламы.

Буквально на следующий день я обзвонила несколько западных компаний, открывших недавно свои представительства в Москве.

– Да ну?! Неужели?! – не веря собственным ушам, повторяла я сама себе, когда все ответили согласием.

Я была совершенно потрясена, насколько просто все это оказалось, – деньги мне предлагали со всех сторон.

Особенную заинтересованность проявил Фумихико Канагава из Sony, хотя внешне его ответ звучал как формальная отговорка: «Мы вам перезвоним». Но прощался он со мной очень приветливо.