– Тебе и не нужно просить, дорогой. – Она подошла к кровати, села и вызывающе откинулась назад. – И так понятно. Я же говорила, что помогу тебе, чем смогу. Вот, например, Тедди вышиб себе мозги. Самоубийство. С ним никого не было. Ты в самом деле полагаешь, что такой неуклюжий бездельник, как Тедди, сам справился бы с таким ответственным делом?
Уоринг уставился на нее.
– Ты мне ничего не говорила.
– Правда, милый? – спросила она с сильным португальским акцентом. – Не поздновато ли тебе становиться брезгливым?
Уоринг почувствовал, как по телу поползли мурашки.
– Боже мой, Мойра, да ведь не было ни малейшего намека на то, что смерть Тедди – не самоубийство…
– Ну, Томас, – мило упрекнула она, – ты напрасно беспокоишься.
– А вот ты, я смотрю, совсем не беспокоишься, – сказал он ей. – Это же не игра. Я не имею ни малейшего отношения к смерти этого человека.
– Боишься крови, мой воспитанник? – Она рассмеялась, откинув голову назад, обнажая свою длинную красивую шею.
Ее небрежная распущенность всегда изумляла и пугала его. Она же только что едва не призналась в убийстве Тедди – на что она еще способна? А Дональда тоже она убила? Нет, это же абсурд какой-то!
– В любом случае, – меж тем говорила она, – послезавтра твоим заботам конец. Никому не будет пользы от этого доморощенного короля и его жалкого советника.
– А что будет послезавтра? – холодея, спросил Уоринг. – Что ты хочешь делать, Мойра?
Она выпрямилась на постели.
– О, посмотри на себя. – Она рассмеялась дразнящим смехом. – Ты опять начал интересоваться своей Мойрой?
– Мойра, у меня нет настроения! – Он шагнул к ней. – Что ты задумала?
– Ты уверен, что хочешь знать? – Она ухмыльнулась. – Смотри-ка, и правда заинтересовался!
– Я серьезно. Либо говори, либо убирайся к черту.
– Да, что-то с тобой стало невесело, – пожаловалась она, накручивая на палец прядь волос.
– Да говори же ты, черт возьми!
– Как это у вас говорят? «Живи прессой, умри в прессе»? Так? – Она снова рассмеялась и легла на кровать, позволив своей короткой красной юбке задраться вверх совсем уж неприлично, обнажив роскошные бедра.
– Пресса… – Он тупо уставился на нее. – Ты… знаешь?
– Конечно. А как ты думал? – Она игриво посмотрела на него. – Да не волнуйся ты. Никому я не выдам твой секрет. Ни одна живая душа не узнает. – Она голосом подчеркнула слово «живая». – Ладно, раз уж ты не собираешься отнести меня в постель, – сказала она, снова садясь, – мог бы, по крайней мере, принести мне выпить.
– Послушай, давай закончим со всем этим, – Уоринг потер лоб. – Уже поздно, я устал, а с завтрашнего дня по уши влезу в предвыборную кампанию. Времени совсем не останется. Видеться не сможем. Как ты считаешь?
– Даже так… – протянула она, насмешливо наблюдая, как он вышагивает перед кроватью.
– Ну, сделаем перерыв. Так было бы лучше всего.
– Нет уж, милый мой, – она забралась на кровать с ногами. – В этом деле мы вместе. Ты же сам мне позвонил, помнишь? – Ее голос вдруг стал ледяным. – Ты хотел, чтобы я делала за тебя всю грязную работу, а теперь хочешь от меня отделаться?
– Да ничего я не хочу, – против воли он все-таки стал оправдываться. – Просто подумал, что этот этап закончился. Пришло время разойтись.
– Ах ты червяк! – внезапно закричала она. – Ты что же, принял меня за одну из твоих шлюх? Мы заключили сделку, милый мой. Мы партнеры. И я тебе нужна куда больше, чем ты мне. Не забывай об этом.
Уоринга эта гневная вспышка застала врасплох. Он остановился и растерянно посмотрел на нее. Лучше бы не смотрел. Ярость так исказила ее черты, что лицо превратилось в злобную пугающую маску. Впрочем, изменение было мимолетным. Настроение Мойры вновь изменилось.
– Не заботься о выборах, Томас, – сказала она тихо и как-то по-дружески. – Ты устал. Понимаю.
– Что ты говоришь! Как это я могу не заботиться о выборах?! – Он покачал головой. – Да ты понятия не имеешь, сколько всего надо сделать. А ведь выборы – это только половина проблем. Этот идиот Роутс организовал новую роялистскую партию, а потом пошел и утоп. В другое время я бы не имел ничего против, только не теперь. Его же мучеником будут считать, будут говорить, что он принял смерть за правое дело. Общественное мнение начнет ему сочувствовать, а потом и этому самозваному королю.
– А по-моему, Роутс получил то, чего заслуживал, – безучастно ответила Мойра. – Пусть это будет предостережением для всех, кто сунется в дела, которые их не касаются.
Уорингу показалось, что температура в комнате резко упала. Что она знает об убийстве Дональда Роутса? Впрочем, какая разница? Даже если она замешана, ему-то что за дело? Не желает он знать подробности.
– Расслабьтесь, господин президент, – проворковала она. Соскользнув с кровати, она крепко обняла Уоринга, прижимаясь к нему всем телом. В тот же миг волна желания накатила и захлестнула его с головой. Он хотел ее, и слишком устал, чтобы отказываться от того, что ему предлагали.
– Тебе не надо ни о чем беспокоиться. Доверься мне, дорогой. Доверься своей Мойре.
ЧАСТЬ ПЯТАЯ
Глава 40
