– Бинго! – Арнольд позволил себе удовлетворенную улыбку. – Выяснилось, что некто по имени Эмрис работал консультантом различных государственных органов так давно, что никто не помнит, когда это началось. Он работал над специальными проектами для оперативных групп, правительственных фокус-групп и тому подобного. А взамен –бессрочное использование офиса во дворце.
– Так он на зарплате? Выходит, один из наших?
– Не совсем так. Ни в одной платежной ведомости его нет. Никто ему не платил. Просто такой обмен: услуга за услугу, офис в обмен на информацию, ну, еще бесплатная парковка и так далее.
– Прямо Иисус какой-то!
– Видимо, раньше это было обычным делом. Кто же знал, что этот парень проживет так долго?
– Ты хочешь сказать, что последние тридцать с лишним лет этот Эмбри, или как его там, рыскал в правительственных коридорах, и никто об этом не знал? – Уоринг покрутил головой. – Да этого просто не может быть!
Арнольд порылся в папке и достал еще один лист.
– Вот что мне удалось выяснить.
– Имя и номер национальной страховки? И все?
– Все. Со страховкой тоже не получилось. Согласно их записям, он пропал без вести, предположительно, погиб. Все, что у них есть, – это адрес семидесятипятилетней давности где-то в Уэльсе, и никаких указаний на то, что он когда-либо получил хоть пенни.
– Бедняга Деннис, – посочувствовал Уоринг, бросая лист на стол. – Даже имя неполное: М. Эмрис? Что означает буква «М»?
– Можете сами ответить. Ваша догадка будет стоить столько же, сколько и моя.
– Боже мой, – вздохнул Уоринг. – Никто не знает, кто он такой, чем занимается, и возраст у него, как у Мафусаила.
– Нет, – возразил Арнольд, – его многие знают, то есть о нем знают. Ну, знают, что он есть. К сожалению, это все. Он как бы приходит и уходит, когда ему заблагорассудится, и делает, что хочет.
– Призрак какой-то!
– А я что сказал?
– Хорошо. А что с тем офисом в Сент-Джеймсском дворце?
– Я проверил. Там ничего нет.
– Что, офиса нет? – не понял Уоринг.
– Офис на месте. С ним никаких проблем. Да какой там офис! Одна комната да еще ниша размером чуть больше кладовки для веников. Даже телефона нет. И записей никаких нет. Пусто. Но опустело недавно. Дней десять. По словам смотрителя здания, Эмрис сдал ключи, а в помещении установили копировальную машину.
Уоринг с изумлением посмотрел на своего помощника.
– Есть еще пара клочков информации, – председатель Специального комитета швырнул папку на стол. – Но это уже мелочи.
Уоринг взял папку и заглянул в нее.
– Ты сказал, что он ушел на пенсию в 1978 году. А до этого чем он занимался?
– Только гадать можно. Имя несколько раз мелькает в различных компьютерных файлах – оно не особенно редкое, тем более в Уэльсе. Мы не можем сказать, тот же это человек или другой. А если бы и могли, все равно ничего существенного.
– Может, ты просто плохо старался, Деннис, – проворчал премьер-министр, раздраженный скудостью информации.
– Пусть кто-нибудь другой попробует. Может, кому-то больше повезет. Только надо иметь в виду, что много архивов было потеряно при оцифровке. Вместо того, чтобы тратить деньги налогоплательщиков на расшифровку каждого клочка бумаги, правительство в то время просто отбрасывало все, что не казалось жизненно важным для работы или национальной безопасности.
– М-да… – протянул Уоринг. – Тупик.
– Боюсь, что так. – Арнольд встал. – А с другой стороны, какая разница, кто он и откуда? Конечно, можем потратить массу времени и сил на выяснение его родословной, а можем просто смириться с тем, что мало о нем знаем. Вы вот говорили, что встречались с этим парнем, разговаривали с ним. Он один из советников короля, верно?
– Король так сказал.
– Тогда, было бы желание, мы его поймаем. – Арнольд помолчал и добавил: – Если до драки дойдет.
– Может, и дойдет, – размышлял Уоринг. – Такие люди, как этот Стюарт, не появляются ниоткуда. За ним стоит какая-то сила, это она его ведет и направляет. Сейчас-то я вижу, что всем заправляет как раз Эмрис. Если мы сможем добраться до него, одной большой заботой станет меньше.
– Считаете, нам действительно есть о чем беспокоиться?
Уоринг откинулся на спинку стула, глядя на своего приятеля; от Денниса Арнольда у него секретов практически не было.
– Как посмотреть… Политика – грязное дело. В один прекрасный день он может пожалеть, что так и не вышел на пенсию.
– До референдума все меньше времени, – сказал Джеймс. – Надо что-то делать.
– Например? – Кэл недоуменно приподнял бровь. – Начинаем кампанию за короля?
– А что, чем плохая идея? – парировал Джеймс. Они сидели в конференц-зале. Такие посиделки быстро превратились в ежедневный ритуал – утреннее собрание сотрудников. Прошла почти неделя после встречи с премьер-министром; в том, что касалось Даунинг-стрит, ничего не изменилось, и нетерпение Джеймса росло.
