Барончик, тряхнув головой, неожиданно вскочил и резким ударом кулака сбил женщину. Выхватил пистолет. Одновременно щелкнули выстрелы двух пистолетов с глушителями. Барончик упал.
– Резкий мужик, – бросив руку за пистолетом, сказал Наум. – А тебе все-таки отплатил. – Он взглянул на поднимающуюся Тамару. Она приложила платок к разбитым губам. – Выходить спокойно, – предупредил побледневшего Петра Наум, – или сдохнешь. Усек?
– Так ты мне ничего не хочешь сказать? – спросил Горец Вячеслава.
– Что именно? – непонимающе уставился на него тот.
– Не дожидайся, чтобы этот же вопрос тебе задал Кость. Почему ты задержался с выездом?
– Ты знаешь, делали.
– В общем, вот что. Тезка мой, Филин, знает что-нибудь? В твоих интересах отвечать честно, потому что у меня имеется свой интерес. Филин знает о…
– Погоди, – перебил Вячеслав, – я что-то никак не въеду. Что ты хочешь мне пришить? Ты говори яснее…
– На кого ты работал десятого? – закуривая, негромко спросил Горец. Вячеслав, дернувшись назад, застыл. – Если об этом узнает Кость, ты труп. Ты это понимаешь? – Вячеслав, нервно оглянувшись на дверь, прерывисто вздохнул. – Повторяю, у меня имеется свой интерес. Именно поэтому ты пока живой. Впрочем, ты и сам это понимаешь. Надеюсь, ты не давал сто баксов на похороны? – насмешливо спросил он. – Ах да, ты же не сам. Интересно, кто заказчик? Точнее, кто…
– Как ты узнал? – спросил Вячеслав.
– Не догадаться мог только идиот, – подмигнул ему Горец. – Я же таковым не являюсь. Тебе хоть сколько-нибудь заплатили? – с усмешкой поинтересовался он. Не отвечая, Вячик опустил голову. И тут же вскинув ее, уставился на Горца.
– Чего ты хочешь?
– Все потом, – поднимаясь, улыбнулся тот. – Ты сейчас так, мимоходом, узнай настроение Филина по отношению к Кости. Он ничего не знает?
Вячеслав молча помотал головой.
– Ты умный, – одобрительно буркнул Александр. – Это вселяет надежду на успех. – Он не прощаясь вышел. Вячеслав коротко выматерился. Через некоторое время в комнату вошел Филин в кимоно.
– Чего он хотел?
– Так, – отмахнулся Вячеслав, – настроение проверял.
– Странно, – усмехнулся Филин. – С чего это? Мы же не новобранцы. Интересно.
– Скоро все узнаешь, – буркнул Вячеслав. Кашлянув, откинулся на спинку. – Слышь, Сашок, нас, кажется, в натуре на Север отправят. Как настрой на это?
– Ты получил задание от Горца? – насмешливо поинтересовался Филин. – Или узнал что-то такое, что…
– Просто спросил.
– Если отправят, поедем. У нас в таких случаях выбор невелик. Или работай, или…
– Есть вариант, – Вячеслав понизил голос, – поработать на себя. Ну не то чтобы совсем, но на себя. То есть иметь с этого процент.
– Поподробнее нельзя? – заинтересовался Филин.
– Подробности позже, – буркнул Вячеслав и подумал: «Надеюсь, я правильно понял слова Горца. Если нет, то у меня возникнут крупные неприятности. И здесь главное – вовремя сделать ноги».
– Когда узнаешь что-нибудь существенное, – хмыкнул Филин, – тогда и поговорим. – А мысленно добавил: «Что-то ты крутишь. Не зря Горец тогда так, как бы между прочим, намекнул ему о чем-то».
– Значит, Доллар, – посмотрев на стоявшего у двери Бульбу, сказал Альберт. – Он же, если не ошибаюсь, был верным псом Кости. Я думал, его убили. А он, значит, жив и здравствует. А ты его знаешь? – взглянул он на Петра.
– Слышал. А икону Доллар для Кости взял. Она была…
– Это не важно. Мне нужен Доллар. Почему его так зовут? – внезапно спросил он.
Все, переглянувшись, промолчали.
– Это минус, – недовольно проговорил Порогов. – Ты же был у Михайлова в услужении.
– Не знаю я его, – покачал головой Клен.
– Выясните все о Долларе, – велел Альберт.
– Куда этого? – кивнула на Петра Тамара.
– В подвал, – улыбнулся Порогов. – Он побудет у нас некоторое время. И мне нужна Лора, – взглянул он на Серого. – Кстати, как ты на нее вышел?
– Мне сказал один приятель, Васька Чиж. Он по этому делу давно работает. Вот он и сказал…
– А как ты про икону узнал?
– У меня приятель есть, – вздохнул тот. – Он на Кость до сих пор работает. Вот он и вякнул.
– Вот как? – Альберт поднял брови. – Кто твой приятель? Как его фамилия? Впрочем, пока этого не надо. Его поселите в комнате для гостей, – передумал он. – Если будешь вести себя прилично, вполне возможно, будешь доволен жизнью. Если же нет, то лишишься даже той, которая есть.
