Рослый и мускулистый, с лицом, будто срисованным с древнегреческой статуи, Артур уже успел надеть на себя броню — шёл, сопровождая меня и других иномирцев; смотрел на всех чужаков подозрительным взглядом. Возможно, ему не понравилось, что первый удар по вожаку демонов нанёс я, а не он… А может быть он профессионал, который относится с недоверием ко всем чужакам и незнакомцам. Судя по его облачению, он состоял на службе местной власти.
Мы отправлялись в столицу — я услышал это из разговоров стражи. Причём, судя по всему, столица находилась совсем рядом.
Всех нас рассадили по крытым повозкам. Внутри было сухо и чисто. Обзор ограничен, и только сквозь две узкие щели у потолка внутрь проникал солнечный свет. Выглядывать в них и приподыматься на носках в трясущейся повозке после пережитого не хотелось.
Я устал. В моём теле ещё оставался лёгкий мандраж. Мне даже не хотелось особо всматриваться в лица троих моих попутчиков, рассевшихся по разным углам: никто не разговаривал, все боялись, до сих пор дрожали, всхлипывали. Все трое земляне, как и я.
От тряски захотелось спать, и я даже успел вздремнуть, как очень скоро наш экипаж остановился и кавалеристы, открыв двери, приказали вылезать.
Нас завели во дворец по низким мраморным ступеням парадного входа, через раскрытые настежь тяжёлые двери. Я видел, что позади в окружении воинов ведут ещё несколько групп «призванных». Моя группа шла первой, и сам я шёл впереди вслед за двумя кавалеристами, которые вскоре передали нас в руки каких-то суетливых мужчин в париках и белых гольфах — то ли слуги, то ли низших рангов вельможи.
Дворец оказался воплощением величия. Высокие мраморные колонны подпирали потолок почти во всех помещениях, и сделано это было со вкусом. Позолота покрывала каждую декоративную деталь — от резных украшений на стенах до массивных люстр.
Солдаты сторожили у каждого проёма. Их позолоченные доспехи сияли, показывая принадлежность к элитным войскам.
Королевская стража?
Мы остановились перед очередными массивными дверьми. Стражники распахнули их, а двое вельмож приглашающим жестом пропустили меня и неотстающего Артура, а также вереницу из других призванных и воинов вперёд.
Мне стало душно, в ноздри ударил запах, напоминающий церковный ладан.
Мы ступили на красную дорожку, вдоль которой по вычерченным линиям толпились представители знати — все в богатых одеждах, с надменными и любопытными взглядами. Разговоры от них доносились соответствующие.
— Это наши спасители? Вот эти?
— Выглядят как чернь…
— Тебя в бой отпусти, ещё похуже видок будет!
— Смотрите, это же Артур! Величайший герой Малфорта! Да хранят его Семеро…
Тронный зал тоже выглядел грандиозным. Пространства здесь было с избытком, а свет из огромных окон играл на выложенных мрамором стенах и полу. Колоны украшали только правую часть зала.
В центре возвышался трон — массивный, из тёмного дерева, усыпанный драгоценными камнями и всё той же позолотой.
На троне восседал король.
Величественный, с прямой осанкой и пронзительным изучающим взглядом. Увидев нас, монарх улыбнулся. Он выглядел уверенным и сильным, причём обладал силой в прямом смысле, если судить по-крупному и крепко сложенному телу.
На нём алая мантия с белым кантом, роскошная массивная корона, дуги которой отдалённо напоминают выставленные в ряд Эйфелевы башни.
У трона собралась свита. Я мог судить по одеждам, что среди них, возможно, были советники, придворные и рыцари.
Высокий голос вельможи прорезал тронный зал:
— О повелитель Мантикор Пятый, перед вами по вашему велению предстают призванные иномирцы!
Звук эхом разнёсся по залу, гомон толпы затих.
Король с улыбкой кивнул, приветствуя нас, и заговорил низким бархатистым голосом:
— Добро пожаловать в Малфорт — королевство моего рода. Неувядающие земли рады видеть призванных героев иного мира.
Голос короля настолько поражал своей чистотой и харизмой, что в моём мире его бы наверняка ждала успешная карьера актёра озвучки.
Мантикор на мгновение замолчал и, не подымая руки с подлокотника, поманил кого-то пальцем из собравшихся приближённых.
От увиденного мои брови непроизвольно поползли вверх. К Мантикору вышел карлик, на вид молодой, хотя из-за подобных мутаций трудно судить о возрасте.
Я сразу понял — это сын короля и, скорее всего, единственный.
Почему сын? Да потому что был он одет в такие же алые одежды с вышитыми узорами, похожими на цветок — это, как я понял, местный символ королевской власти, нечто вроде распускающегося бутона. А ещё на кучерявой голове карлика красовалась корона, поменьше и поскромнее отцовской.
Почему единственный сын? Да разве при наличии здоровых наследников король бы позвал его при всех к себе? Держал бы он его на виду? Я не поверю, что у него десять сыновей, но все настолько невзрачны, что выигрышным выглядит именно карлик. Да и вряд ли Малфорт — колыбель инклюзивности и центр борьбы с эйблизмом.
Принц неуклюже подошёл к трону, поцеловал руку королю и присел на ступеньках покрытого красным бархатом помоста.
— Посмотри, сын, вот и наша надежда! Герои иных миров!
