Поэтому Муромцев поставил перед собой задачу: снимать и снимать, как можно больше снимать фронтовую жизнь. Бои, походы, штурм городов, дерзкие вылазки разведчиков, наши полеты по оказанию помощи партизанам. И делал это Виктор увлеченно, с огоньком, как обычно трудится человек, обладая высокоразвитым чувством долга.
Двигался Муромцев с войсками НОАЮ, в походной колонне. Шли трудно. Петляя ущельями, временами отступали в горы и уже затем нападали на врага. Однажды в узком ущелье колонну потрясли внезапные выстрелы из засады. На головы партизан с воем летели болванки и мины, вокруг рвались гранаты. Было трудно, но духом не пали. С боем прорвались вперед. Колонна в триста человек имела винтовки, автоматы, противотанковые ружья и дала отпор врагу.
Самым дорогим подарком в ту пору югославский войник (боец) считал наш советский автомат ППШ. Партизаны, бойцы НОАЮ были счастливы, когда наши самолеты доставляли парашютные мешки с автоматами ППШ. Командиры НОАЮ торжественно, перед строем вручали автоматы бойцам. Партизан принимал оружие, стоя на одном колене - целовал автомат и клялся бить врага до полной победы. [138]
Разве можно было пройти мимо таких эпизодов? Виктор, конечно, не упустил эти волнующие моменты.
Его старший напарник - Ешурин с кинокамерой, как боец с автоматом, тоже в пешем строю пересек всю Югославию. Они встретились в уже освобожденном Белграде. Муромцев приехал сюда за пополнением - Ешурин дал ему резервную пленку, и Виктор снова поспешил в дорогу. Это была их последняя встреча.
Замечательный кинофильм «Югославия», хорошо принятый зрителями и прессой, повествует о живописном далматинском побережье, о тучных нивах Шумадии, о бурных горных реках. Оператор запечатлел красоту югославской земли. Любляна, Мостар, Загреб и, конечно, древний Белград.
…Виктор не видел этого фильма. А я смотрел его снова и снова и не скрою: очень горько было думать о том, что Виктора нет.
На подступах к Триесту
Март 1944 года.
4- я армия НОАЮ под командованием Петра Драпшина, двигаясь по побережью, освобождала город за городом. Штаб армии находился в районе Риека -Сушак. Сюда прибыли начальник верховного штаба И. Горшняк и советский офицер П. Г. Рак, который был старшим военным советником.
Здесь решалась судьба дальнейших наступательных действий на город Триест. Решено было силы распределить так: танковую бригаду, бригаду самоходных орудий и стрелковую дивизию нацелить на штурм Триеста - этих сил хватит, чтобы разгромить гитлеровский гарнизон; остальные части армии должны были отсечь войска врага, находящиеся северо-западнее города, в крепости.
Прибывшие высшие командиры решили тоже ехать ни передовую. К этому времени войска НОАЮ и местные партизаны уже вели бои на ближних подступах, в пяти километрах от Триеста. Сам город широко раскинулся по дуге побережья.
Кинооператор Муромцев, двигаясь в первом эшелоне наступающих на Триест частей, отважно снимал ближний [139] бой танков, самоходных орудий и пехоты. Оператор был на одном из головных танков, когда в ста пятидесяти метрах от него разгорелся уличный бой между танками НОАЮ и самоходными орудиями гитлеровцев. Муромцев снимал из-за дома. Здесь его настиг осколок снаряда. Жизнь Виктора Муромцева трагически оборвалась 30 апреля 1945 года.
Одно то, что Муромцев погиб на передовой, свидетельствовало о его бесстрашии, мужестве и отваге. Муромцев не прятался в укрытие, не шел во втором эшелоне, не снимал расставленные после боя макеты. Нет, он был в гуще боя, рядом со смертью, он служил великому делу победы над фашизмом и не признавал страха…
В Триесте были организованы торжественные похороны с военными почестями. Виктора хоронил весь город. Его останки лежат в братской могиле со всеми павшими в борьбе за освобождение Триеста.
После того как Триест стал нейтральным городом, останки воинов, освобождавших город, перенесли в другое место, на югославскую территорию.
Вражеский снаряд оборвал жизнь талантливого советского оператора Виктора Муромцева. Фильм победы он не завершил, но одну из картин преддверия победы запечатлел. Муромцев оставил яркие документальные съемки войны, которая четыре года жгла югославскую землю.
Муромцев был не одним советским воином, павшим за свободу Югославии. В рядах югославских партизан сражались представители более тридцати наций. Партизанские армии пополнялись бежавшими из лагерей военнопленными и угнанными на каторжные работы советскими гражданами - русскими, украинцами, белорусами, грузинами, армянами, азербайджанцами, а также чехами, поляками. [140]
Глава одиннадцатая. Победный май
