— Готова испортить себе жизнь, чтобы провести со мной несколько ночей? А что потом? Я скоро женюсь, Ева, — отрезал себе все дороги, чтобы сделать ее своей любовницей. Каким бы совершенным в моем представлении не был секс с Мелкой, он не стоит того, чтобы она страдала.
— Я еще в университете объявила, что теперь ты мой преподаватель, а я твоя студентка. Нас больше ничего не связывает, Игнат Валерьевич. — Ева вытащила цепочку, в темноте блеснуло кольцо. Прежде, чем она сняла его, я строго предупредил:
— Оно выбрало тебя, у тебя и останется! Обратно кольцо я не возьму. Не нужно, выбросишь!
Гори все синим пламенем! Мне нравилось, что она носит кольцо на груди, словно я для этого его и покупал!
Оставшийся путь мы проехали в тишине.
— Не надо подъезжать к общежитию, вашу машину тут же узнают. — я заметил, что она перешла на «вы». — Остановите где-нибудь, я сама дойду.
На ее опасения внимания я не обратил, подъехал к входу. Я ждал, что он скажет на прощание хоть что-нибудь, но Мелкая просто вышла из салона, тихо закрыла дверь и, не оборачиваясь, ушла!
Игнат
Я не хотел возвращаться к себе. Не имел никакого желания выяснять сейчас отношения. Позже. Я тупо отмахнулся от женщины, что находилась в моей квартире.
Альбина несколько раз звонила, пока я вез Мелкую. Тогда я просто отключил звук и сунул телефон в карман. Несясь по ночной трассе, я набрал своей девушке.
— Ты с ней? — первое, что она спросила, как только приняла вызов.
— Я один, еду в клинику. — в трубке раздался смешок, после которого последовало:
— От одной подстилки к другой?
— Ты пьяна?! — жестко прозвучал мой голос.
— Да! И знаешь, почему я напилась?! От счастья! Я многое терплю …
— Ложись спать, — резко перебил ее. — Поговорим, когда протрезвеешь! — закончил говорить и сбросил звонок.
Проезжая парк Горького, думал остановиться, выйти постоять у воды… Сильней вдавив педаль газа, промчался мимо.
Мне бы и самому не помешало влить в себя бутылку виски, чтобы вырубиться и не думать о девочке с большими светлыми глазами! Хотя, не уверен, что это поможет! Без лоботомии мне не вырезать из башки прошлую ночь! И равнодушный взгляд, что она подарила мне сегодня на прощание!
— Кто сегодня дежурит? — спросил медсестру за стойкой.
— Марина Олеговна.
— Она же вчера дежурила, если я не ошибаюсь.
— Они поменялись с Константином Игоревичем, у него сегодня у дочки день рождения…
Не став слушать дальше направился в кабинет. В это время занять себя в клинике нечем, если только заполнить или просмотреть истории болезней. Еще два-три месяца назад я в бы позвонил Шефу или Алмазу и они без лишних вопросов завалились бы со мною в бар…
Подтянул к себе стопку карт, в дверь негромко постучались и, не дожидаясь приглашения вошли.
— Мне сказали, что шеф на работе, — улыбаясь, вплыла в кабинет миниатюрная женщина с доброй улыбкой.
— Забежал на минуту, кое-что посмотреть. — мой немного резкий тон обескуражил Марину.
— Я помешала?
— Нет. День был непростым.
— У тебя же завтра операция, тебе бы выспаться. — напомнила мне подруга.
— Я забыл, Марин, что завтра мне с утра в больницу, — растер устало лицо.
— Есть свободная палата, да и в ординаторской кроме меня никого нет. Хочешь, я сделаю тебе массаж? — на секунду я задумался, но мотнув головой, поднялся на ноги.
— Сейчас поеду домой. Тут все спокойно? — сменил тему.
— Ничего нового. Как не облизывай богатых старичков, вечно найдутся недовольные… Ах, да. Старшая просила передать, что одна из санитарок в конце месяца планирует увольняться, нужно найти замену.
— Марина, у нас очередь на освободившиеся вакансии, посмотрите анкеты, пригласите женщин на собеседование…
— Поняла, поняла. Не буду тебя грузить.
— Звони, если что.
В квартире стояла тишина. Свет горел почти во всех комнатах, кроме моей спальни. Там в одежде поверх покрывала спала Альбина. Укрыв ее пледом, пошел тушить везде свет. В кухне на столе стояла почти пустая бутылка текилы, а полная пепельница окурков лежала на подоконнике. Выкинув все, достал из пачки последнюю сигарету и прикурил. Достал из бара коньяк, не жалея плеснув в стакан. Нервно докурив сигарету, потушил окурок. Сделал большой глоток коньяка, затем еще один…
Без допинга хрен усну!
Обняв подушку, завалился на диван, подмял ее под себя и перевернулся на живот. Не получается не думать о Мелкой!
Как только коньяк усвоился в организме, мне стало не до принципов. Я хотел повторения прошлой ночи! Мне не хватило этих нескольких часов. Меня впервые разъедала ненасытная жажда! Я был уверен, что в сексе стану ее проводником! Обучу, раскрепощу. А теперь, кто-то другой…
— Мудак! — выругался в голос, представив на секунду, что она лежит в чужих объятиях.
*** ***
Ева
Ночь — это самое тяжелое время дня. Я остаюсь одна, пытаюсь отвлечься, не думать о том, что он с другой, но предательские слезы сами скользят по щекам. В те дни, когда я его не вижу, немного легче, но не получается совсем выбросить Игната из головы. Я запретила себе вспоминать ту ночь, будто ее и не было.
