Я не успела прочесть последнее предложение, тетрадь из-под наших рук Игнат вырвал. Я пыталась удержать ее, прижав кулаком к парте, но потерпела стремительное фиаско. Федя поднялся на ноги. Воронов читал нашу переписку, а мой друг, что-то невнятно отвечал.
Я помочь ему не могла, прослушала, о чем спрашивал Игнат Валерьевич.
«Надо мне было назвать его Коршуном?!»
— Гайдуков первая отработка! — жестко проговорил Воронов, но смотрел при этом на меня. Федя опустился на стул. — Ответите на вопрос? — обратился он ко мне. Я не успела помотать головой, в этот момент к нам развернулась Таня. — Вы хотите помочь друзьям? — переключилось внимание Игната на подругу. Танина шея тут же повернулась обратно.
«Дружба дружбой, а отработки врозь» — пришло мне на ум, и я чуть не улыбнулась.
Воронов выдержал небольшую паузу, не знаю, чего он ждал, наверное, что я все-таки отвечу.
Упавшая на стол общая тетрадь разрезала мертвую тишину в аудитории. Не удивлюсь, если кто-нибудь подскочил на месте.
— Отработка, Кузьмина!
Пока он шел к кафедре, я подтянула к себе тетрадь Феди и развернула ее с обратной стороны. Пробежала глазами последнее послание.
«Давай прогуляемся немного, посидим где-нибудь, а потом вместе позанимаемся. Хочешь у меня?»
*** ***
Игнат
После той ночи мы так и не поговорили с Альбиной. Этот разговор завис где-то в воздухе. Утром она пыталась выяснить отношения, но я опаздывал на работу.
— У меня через час операция, поговорим позже, — кинул я и ушел.
Она не звонила, не писала. Как любая женщина Альбина ждала от меня раскаяния и подарков. Проблема только в том, что я не чувствовал раскаяния.
Я думал о другой. Будто повернулся на Мелкой. Меня ломало, как наркомана! Несколько раз хотел ей позвонить, но останавливал себя. Ева оказалась глотком свежего воздуха в моем душном пропертом гнилью мире.
«Это желание угаснет, нужно только время!» — говорил себе.
Я хотел ее увидеть…
Увидел!
Мелкая купалась во внимании Гайдукова! Ее отрешенный взгляд и улыбки, которые она ему бросала, будили во мне зверя.
Я половину пары за нами наблюдал, сдерживая злость. Николай Иванович Пирогов с большим бы энтузиазмом слушал меня, чем эта парочка!
Я уже подошел к ним, а реакции никакой!
«Что такого важного они обсуждают?!»
Мелкая пыталась удержать разворот тетради, но я был в таком гневе, что не обратил на ее слабые попытки внимания.
«Коршун?..» — я знал, что студенты меня так называют за глаза. Но для нее я не желал быть Коршуном. Мне нравилось, как она нежно с придыханием произносит — Игнат.
Гайдуков получил отработку потому, что он идиот, а Ева за компанию… и за Коршуна!
Я не имел морального права в свою профессиональную деятельность впутывать личных тараканов, но Гайдуков напрашивался на вторую отработку, отказать я ему не мог! Переписки во время лекции ему было недостаточно, он принялся рисовать портрет Евы!
— Реферат на пятнадцать страниц! От руки!
— На какую тему? — поднял он на меня взгляд.
— На ту, которую вы так успешно игнорировали последние тридцать минут! У нас еще несколько часов занятий, подумайте, стоит ли продолжать?!
«Такими темпами он выучится на санитара!»
После обеда эта парочка села отдельно друг от друга.
Закончив разбирать материал, за двадцать минут до звонка я попросил старосту раздать анкеты. Хотел проверить срез знаний студентов, чтобы знать, на что делать упор. По их испуганным лицам несложно догадаться, что они воспринимают этот тест, чуть ли ни как экзамен. Успокаивать я их не стал, пусть думают, что хотят. Может вместо прогулок и посиделок сосредоточатся на учебе?!
Пока все заполняли анкеты, опустив головы в свои листы, я нагло рассматривал Мелкую. Я могу точно сказать, на какие вопросы она дала неуверенные ответы, а какие и вовсе пропустила, ставя в них жирный прочерк.
— Сдали работы! Вы свободны!
— А во сколько завтра у нас начинаются занятия? — спросила староста.
— Жду всех в половине одиннадцатого. Долго вас не задержу. Покажу, где мы будем заниматься и раздам каждому индивидуальные задания. На этом все.
— А у кого отработки им что делать? — подошел ко мне Гайдуков.
— Сегодня пишите реферат, завтра я его посмотрю, если по вашей работе у меня не возникнет вопросов, назначу вторую отработку.
Парень кивнул и отошел к двери. Студенты покидали аудиторию, Мелкая затерялась в общем потоке.
— Кузьмина, задержитесь! — жестко произнес, когда она прошла мимо и не попрощалась. — Вы не хотите узнать, на какое число я назначаю вам отработку? — добавил, когда поймал на себе удивленный взгляд ее подруг.
Ева
«Вот зачем он меня остановил?!» — мысленно возмущалась я, возвращаясь к преподавательскому столу.
— Подожди меня, — шепнула Оле. Пока все выходили из аудитории, подруга прошла и присела за парту стоящую в первом ряду.
— Я немного задумалась, извините, Игнат Валерьевич. — остановилась я напротив него.
— Вы хотите что-то спросить? — игнорируя мое обращение, он сосредоточил внимание на Оле.
— Нет, — немного испуганно ответила ему подруга.
