Девушка не ответила, она лишь старалась стереть с лица следы, слезы. Мелисса молчала, виновато опустив голову. Фрэнк подтянул штаны, улыбаясь во всю свою мерзкую пасть. Он еще немного потрогал груди, шею, а затем, слегка потрепав девушку за щечку, что-то прошептал ей на ушко и скрылся за дверью сырой темницы.
Макс в страхе отбросил камеру. Нет, это не было тем ужасом, что испытывают шахтеры, заваленные в мрачных помещениях глубоко под землей. Смешанное чувство вины и страха, возбуждения и совести. Нечто, что не может передать человеческая мысль. Это ощущение, неподвластное пикам вооруженных солдат, науке с ее тончайшими элементами и гипотезами. Что-то совершенно другое. Возбуждение бежало по телу, а в памяти всплывали картины детства, смешанные с новыми эпизодами, что показал плазменный экран камеры. На коже появлялись мурашки, словно горящий муравейник, из которого трусливо убегают его жители. Глаза Макса наполнялись слезами, будто котлы ада впитывают в себя грешников, чтобы до скончания веков варить их в кипящей воде из крови и желчи. Великолепие момента непостижимо человеческому разуму, и лишь Макс старался собрать в себя детали механизма. Но даже парень не мог понять, почему едкая боль пронзает его организм. Неужели у него появились чувства, впервые за столько лет. Он не помнил, когда умерла София. Казалось, она уходила каждые полгода, чтобы вновь вернуться. Поставить на место то чувство страданий, памяти. И теперь Макс ощущал что-то к той девушке, которая находится глубоко внутри темного подвала. Это не давало покоя. Он вновь пересмотрел запись, но не нашел ничего нового. Лишь еще больше возбуждения. Так странно.
Получив удовольствие привычным для себя способом в пределах ванной комнаты, Макс взял со стола старый фотоаппарат и отправился в подвал. Ему необходимо увидеть Мелиссу прямо сейчас, чтобы прижать к себе и пообещать, что пережитое ею в эту ночь никогда больше не повториться. Он не позволит Фрэнку переступить порог подвала любой ценой. Ни сегодня, ни завтра, никогда!
- Прости меня – едва переступив порог подвала, произнес Макс
- Посмотрел фильм?
Мелисса едва выдавливала слова, пропуская их сквозь фильтр слез и всхлипов. Девушка была очень напугана. Боль протекала по ее телу, стараясь попасть в образок сердца, чтобы в считанные секунды наказать безвольную пленницу, стерев с ее лица последние капли жизни. Макс медленно приблизился к девушке. Парень молчал, ему было стыдно что-либо говорить. Наверное, он и не сможет. Казалось, словно совершенный алгоритм, что написали в компьютерных университетах, призванных заражать людей информацией, не давал открыть уста, запирая их на механический замок разума.
- Посмотрел фильм? – Мелисса повторила свой вопрос
- Да – тихо ответил Макс
- Понравилось?
В голосе Мелиссы пробежали нотки насмешки, иронии. Парень даже не смог понять этот тембр. Что-то неизведанное, новое, не такое, как обычный диалог.
- Да
- Ужас – из глаз леди закапали большие чистые слезы – Зачем, Макс?!
Парень медленно опустился на пол, поставив фотоаппарат около себя, и крепко прижал к себе Мелиссу, которая рыдала.
- Я не знаю – прошептал молодой человек, поцеловав мочку уха своей пленницы – Иногда, я не понимаю, что происходит внутри меня. Эта звериная натура, что засела в душе, так часто ломает баррикады, вырывается в наш мир, прямо сюда – голос Макса дрожал – Я испытывал огромное удовольствие, когда видел, как он имел тебя. Эта вспышка прямо в детство – та самая крупица наслаждения, которую я потерял в тот холодный вечер
- Что тогда случилось Макс?
Мелисса впивалась ноготками в шерстяной свитер, который покрывал тело ее мучителя. Этот тонкий запах боли пронзил воздух, заставляя девушку наполнять свои легкие странным вкусом. Она чувствовала теплоту, впервые за много лет. И пусть Макс позволяет мучить ее, но он стал кем-то другим, тем, кого так долго не хватало Мелиссе. Девушка и сама ужаснулась, когда наткнулась на эту мысль внутри своей головы. Неужели ее чувства способны полюбить чудовище, психопата? Действительно ли жизнь настолько изящна в своих механизмах, что заставит разум сходить с ума от прикосновений больного? Мелисса не знала ответа. Девушка старалась не заострять внимание на этих фрагментах, чтобы не оказаться в яме чувств. Все идет своим чередом. Удивительные эмоции правят планетой. И лишь их превосходный танец в минутных нотках дождя решит исход человеческих мучений, жизни! Люди не способны предугадать ход мысли и фантазии, словно ученые никогда не увидят будущего в своих лекарственных препаратах. Лишь бесконечные опыты, которые искалечат сотни, тысячи человеческих жизней, откроют тайну, что захоронена под слоями времени, где стрелки часов, как священный маяк на пути, а циферблат – то самое расстояние между границами мира живых и чистым небом, куда отправляются души. Мелисса еще сильнее прижала к себе Макса, стараясь сдержать потоки соленых рек, которые вырывались из глаз, падая на бетонный холодный пол.
- Что случилось в тот вечер? – Мелисса повторила свой вопрос – В тот день, когда ее не стало?
