Сквозь разрез глаз, Макс улавливал попытки девушки на побег. Она билась в истерике, стараясь разорвать руками металлические оковы, а из ее глаз падали слезы. Мелисса так боялась Фрэнка, что тот стал для нее чем-то другим, нежели просто человеком.
- Прошу! Не трогай меня! Макс!
Мелисса звала на помощь. Она даже и не подозревала, что ее спаситель прямо тут, что именно он приносил ей столько боли. Макс молчал, лишь приближаясь к своей жертве. Тысячи мыслей влетали в его голову, но не было той единственной, которая могла бы загладить вину. Парень подошел к Мелиссе и медленно сел на пол. Грубая ладонь легла на маску, сжимая ее, чтобы та издавала звук скрипящего пластика, такого противного и мерзкого. Еще секунда, и лицо Макса предстало перед девушкой в полной своей красоте. Такое странное. Словно в нем смешались все эмоции человеческой жизни.
- Макс – испуганно произнесла Мелисса – Что… что происходит?!
- Истина – парень медленно положил маску клоуна на холодный пол – Чистота правды, Мелисса
- Я тебя не понимаю!
- Врешь – грубо сказал парень, ударив тыльной стороной ладони по лицу девушки – Ты все знаешь, сука!
На мгновение показалось, что телом Макса вновь овладевал Фрэнк. Перед его глазами лик Мелиссы менялся. Знаете, словно маневры хитрых режиссеров показывают нам, как сливаются две души в фантастических фильмах о призраках. Те знакомые черты из детства. Его тело возбуждалось все сильнее. Он так хотел изнасиловать ее прямо тут!
- Макс, мне больно – сквозь слезы выдавила девушка – Остановись, прошу!
Парень не слышал ее слов. Его голова была забита образами и желаниями, которых он так страшился последние годы. Они смешивались в своеобразную бомбу, готовую взорваться, разлететься на маленькие осколки, чтобы вонзиться в нежные сплетения нейронов. Эти мысли готовы принести боль, разорвать тонкую грань между миром живых и психологическими лабиринтами внутри души. Глаза молодого человека показывали лишь холод, глупую проекцию мыслей о прошлом. Казалось, в них можно было наблюдать целый фильм, снятый из череды событий, сотни лиц. Макс смотрел куда-то вглубь воздуха. Интересно, что видел молодой человек в этих переплетениях? Это было нечто невообразимое. Впервые в своей жизни парень ощущал подобное чувство. Волнение переполняло его грудь, руки тряслись. Он ждал лишь реакции Мелиссы, хотя, вместо нее, Макс видел лишь огрызки прошлого. Знаете, еще никогда психологические лабиринты не подбирались так близко к войне с чистым разумом. И Макс чувствовал эту битву. Фантастика внутри его головы. Лабиринты так нежно царапали глаза, что-то шептали, и их голос разносился эхом среди полушарий мозга, между тонкими гранями, где душа превращается в сердце. А вместе с прошлым в этот мир старался проникнуть и Фрэнк! Но разум не позволял им сломать свою броню, расстреливая мысли на подходе к последнему рубежу. Макс не говорил ни слова. Он лишь наслаждался. Молодой человек был вне пространства, вне времени, бесплотен. В подвале осталась лишь его оболочка. Сам он убежал туда, в святую войну, в последний бой! И среди трупов мыслей, Макс так хотел поймать Фрэнка, чтобы отрезать ему голову за все мучение, которые приносил его образ! Вскрыть его мерзкое горло, чтобы услышать хрипоту смерти, ее страшное дыхание. И проекция внешнего мира не могла позволить ему пасть в колени. Один миг, чтобы избавиться от недуга, чтобы вернуть свою жизнь! Макс не мог упустить такого шанса. Игра внутри головы набирала обороты, ошметки сырого мяса, которые появлялись из тел памяти от острых наконечников пуль, и финальный исход разума!
- Макс, я люблю тебя! Слышишь?!
- Что?!
Эти фразы вырвали парня из его битвы. Словно пробка, что вылетает из дна ванны, чтобы вода, подобно кускам памяти, уходила куда-то вглубь, в черную пустоту, смешиваясь с различными потоками, образуя целую сеть подземных канализаций. Таковы и человеческие процессы. Терять мысли, чтобы они стали единым потоком, превратившись в «общественное мнение». И эти стандарты отрубают кристальные капсулы мерзких и похотливых струй. Им нет места в мире без морали! Без настоящей истины. Они засоряют разум, чтобы позволить ему мучиться в догадках, скрываться, прятаться от людей, оставаясь запретным плодом искусства. Не более того.
- Я люблю тебя – повторила Мелисса
- Как?! Ведь, это!
Макс схватил с пола маску клоуна и начал размахивать ею, разрезая прекрасное тело осеннего воздуха. Девушка взяла его за руку. Так нежно. Это напоминало ту ласку, которую испытывают мамы, когда укладывают своих детишек в кроватку, читая им сказку, напевая колыбельную. Безграничная любовь. Невероятное соединение бесконечной нежности и легкой доброты. На щеке девушки красовался большой след от удара. Мелисса была так тепла.
- Все это время ты насиловал меня, Макс?
- Не я!
- А кто тогда?! – закричала девушка, не сдержав свой гнев – Кто?!
- Он! – Макс откинул маску клоуна – Фрэнк!
- И где он?!
- Тут! – парень ткнул пальцем себя в голову – Внутри меня!
