Отдохнул немного с дороги, принял ванну, оделся в свежее — и на экскурсию. Некогда рассиживаться. Не помню точную дату, когда началась война, но вряд ли осталось много времени. Сегодня — так, по верхам, посмотреть где и что, а потом уже лезть во все дыры, интересоваться и бесить местное начальство дотошностью. Ничего, что я лицо гражданское. Нужные специалисты подготовили мне список вопросов, которые надо задавать при проверках. А сопровождение уже готово — я сам сказал, во сколько выезжаем. Вышел вовремя, задерживаться не стал. Но все равно ждали — знаменитый ефрейторский зазор есть и в это время.
Что едет какая-то шишка, видно было издалека. Экипажи подсчету не подлежали. Я с собой взял Тройера, который записывал все события в записную книжку, и местных — полковника Сизова и каперанга Федотова. Больше мне, в принципе, никого и не надо, но это же как обход академика медицины в больнице — участвуют все, включая гардеробщиц. Стоило нам остановиться, как вокруг организовывалась стихийная стоянка гужевого транспорта и несколько десятков человек начинали внимать, дабы не пропустить ценные указания. Бесит такое неимоверно. Но надо терпеть — первый выход в люди, как без этого.
Объехали гавань, склады, укрепления. Я честно слушал объяснения, кивал, делал вид, что понимаю. Пушки такой системы, пушки сякой... Всем ясно, что это спектакль. За десять минут можно выявить только катастрофу. Или крайне неумелую попытку её скрыть.
Потом поехали в армейский штаб, где мне предоставили доступ к телеграфу. Это когда я был частным лицом, думал, сколько стоит каждое слово. А сейчас — гуляй, душа, казна заплатит. Неограниченные переговоры по всем направлениям. Понятное дело, сначала доложился о прибытии в Царское. Так, мол, и так, на месте, приступил к работе. Потом начал выяснять, а где же следующие за мной помощники и мои личные вундервафли.
Оказалось, что мы почти последними смогли пересечь Байкал на пароме. Сейчас там заканчивают тянуть временную железную дорогу по льду. Обещают через три дня пустить движение. Но с Макаровым и Куропаткиным я пообщался. И получил от них нужные в работе подсказки. От адмирала так и вовсе очень важную цидулю, которая должна сильно помочь.
Вот и славно, будет с чем встречать Смирнова и Старка. Пожалуй, даже и хорошо, что их не было сегодня.
***
Вице-адмирал Оскар Викторович Старк, начальник эскадры Тихого океана, выглядел так, будто его портрет вырезали из учебника по антропологии скандинавов. Шведское нутро пробивалось наружу водянистыми глазами, тонкими губами, едва заметными под пышными усами, и холодной отчуждённостью, которую он не слишком утруждал себя скрывать. Взгляд его откровенно сообщал: все сухопутные — жалкая пыль, недостойная внимания, а меня, прибывшего наместника, он, видимо, и вовсе считал недоразумением.
Разговор не задался с самого начала. Старк поприветствовал меня предельно сухо, на вопрос о том, где был накануне, коротко ответил:
— Дела службы.
И замолчал.
Что ж, раз так — поиграем в эту игру. У него в арсенале — вековая привычка северных предков молчать долгими зимними ночами, беседуя разве что с волчьей шкурой у очага. А у меня — навыки работы с упрямыми пациентами, которые, даже будучи при смерти, умудряются ворчать на врачей. И, главное, я могу заниматься текущими делами, не обращая внимания на начинающего пыхтеть флотоводца.
Мариновал я его минут двадцать. Наконец, я отложил в сторону бумаги, не забыв перевернуть их текстом вниз, и мягко спросил:
— Чаю, господин вице-адмирал?
— Благодарю, ваше превосходительство, у меня нет времени на чаепития. Дела службы...
— Да, помню, вы очень щепетильно к ним относитесь. Хочу напомнить вещь очевидную — я в делах флота некомпетентен. И в тонкости вдаваться не собираюсь. Это всё равно что вы, Оскар Викторович, начнете меня учить хирургии.
Вице-адмирал чуть слышно крякнул. Такая легкая тень возможного покашливания. Может, у шведов это выражение крайней степени эмоционального накала, не знаю.
— В таком случае, ваше превосходительство, давайте каждый будет заниматься тем, чем должен, — подпустил шпильку мореход.
— Так я и занимаюсь. У начальства есть замечательная привилегия — мы можем делегировать полномочия. Надеюсь, вам это знакомо.
Глаза Старка прищурились, но он промолчал.
— Так вот, вам, как моему заместителю, ставлю задачу, — продолжил я. — В преддверии весьма вероятной и скорой войны с японцами необходимо заняться повышением боеспособности флота. Во-первых, сосредоточить корабли в единое ядро, а не размазывать их тонким слоем по всем окрестностям. Что у вас, господин вице-адмирал, делают в Чемульпо крейсер «Варяг» и канонерка «Кореец»? Демонстрируют флаг? Хочу видеть их на рейде Порт-Артура в ближайшее время.
— Но поз...
— Оскар Викторович, я еще не закончил, — ласково прервал его я. — Будьте добры выслушать меня до конца. Также вам необходимо в ближайшее время провести мероприятия по установлению минных заграждений.
— Но это нарушит гражданское судоходство в гавани!
