— Очень рад. — Брюнфо назвался и отвесил поклон, в общем-то наклонился, чтобы лучше рассмотреть герб, змея оказалась стилизованной буквой «S», рядом стояло «Solvay», а ниже — «Brussels School of Economics»[132]. Брюнфо изумился. У него самого были шарф и футболка КСК «Андерлехт», и своей крестнице Жоэль он на крестины в шутку купил в болельщицком магазине ползунки в цветах «Андерлехта», но никогда не видел и не слышал, чтобы кто-нибудь носил пижаму в цветах университета.
Месье Жеронне, конечно, захотелось незамедлительно обменяться историями болезни, Брюнфо коротко сообщил, что он здесь просто на обследовании, из чистой предосторожности.
— Н-да, — сказал Жеронне, — наверняка что-нибудь найдут, они всегда находят, после пятидесяти можно не сомневаться, что-нибудь да найдут, а если у человека старше пятидесяти врачи ничего не находят, я спрашиваю себя, чему они вообще учились. Тогда надо менять больницу. Но не бойтесь, здесь вы в хороших руках, Европейская — прекрасная больница, они тут всегда что-нибудь находят. У меня вот селезенка. Не странно ли? Как назло, селезенка. Вы спросите, почему странно. А скажите-ка: чем занимается селезенка, в чем ее задача? Вот видите! Не знаете. Никто не знает, спросите у своих друзей, у знакомых, у прохожих на улице. Печень, да! Сердце, само собой! Легкие, почки, необязательно изучать медицину, чтобы знать, чем заняты эти органы, какова их функция. Но селезенка… ну скажите: в чем задача селезенки? Вот то-то и странно! Селезенка ведет теневое существование. При этом все прочие органы, о которых мы якобы все знаем и считаем их очень важными, по большому счету вообще не смогут работать, не будь селезенки. Селезенка контролирует все прочие органы, всё знает, непрерывно их проверяет. Она предотвращает болезни других органов, удаляет из крови вредные частицы, накапливает белые кровяные тельца, которые в случае чего выпускает, так сказать, высылает как оперативную группу. Сердце не замечает, когда у печени проблемы, или наоборот, почки стараются выполнять свою работу независимо от того, ограничена легочная функция или нет, а вот селезенка, она замечает все и вся и реагирует на них на всех. И остальные органы чувствуют все, что делает селезенка. Она великий коммуникатор и одновременно секретная служба, на которую никто не обращает внимания. Почему же никто не обращает на селезенку внимания? Почему никто не знает, чем селезенка занимается? А как раз потому, что она, как правило, не бросается в глаза. Селезенка — орган, крайне редко создающий проблемы. Она решает проблемы других органов, по возможности предотвращает их болезни, но сама практически не хворает. Знаете, что я думаю? Я думаю, в теории психосоматики действительно что-то есть. Таково мое подозрение. Вы можете питаться сколь угодно правильно — и зарабатываете болезнь желудка, если вам в переносном смысле постоянно приходится что-то проглатывать, понимаете, о чем я?
— Да, это не новость.
— Вот видите. А у меня непорядок с селезенкой. Неслучайно. Я по профессии, так сказать, селезенка, и вот некоторое время назад я заметил, что больше не могу, не могу больше принять то, что входило в мою задачу, и…
— Вы по профессии… кто? В смысле, селезенка — это ведь не профессия. — Брюнфо застонал.