Проснулся и выстрелил вверх многокилометровым столбом дыма Йеллоустон, черное облако пепла накрыло близлежащие штаты, а пирокластовый взрыв спалил всё живое в радиусе нескольких десятков километров от эпицентра извержения. Северной Америкой завладел всеобщий вал паники, государственные структуры Канады и США оказались парализованы, власти расписались в собственном бессилии. Контролировать и управлять обстановкой оказалось некому. «Спасайся, кто может!», «Спасай себя сам!» и «Покайтесь — конец близок!» — вот три главных лозунга и девиза, захватившие умы американцев в те дни. Единственными островками спокойствия казались военные базы, ощетинившиеся во все стороны артиллерийскими стволами и автоматическим оружием. Магазины обчищались толпами людей и бандами мародёров. Белые стреляли в чёрных, черные резали белых, дошло до вооружённых столкновений с армией и национальной гвардией, жестоко подавляющей мятежи в городах. Карточный домик под названием «Америка» рухнул, придавленный грузом навалившихся на него проблем. Граница с Мексикой де-факто и де-юре прекратила своё существование. Первое время мексиканские власти пытались строить преграды, чтобы как-то упорядочить и регулировать массы бегущих с севера людей, направляя их в лагеря беженцев или разворачивая обратно. Мексиканцы усилили полицией пункты пропуска и наводнили армейскими подразделениями пограничье, но людской поток смёл с пути жалкие препоны. Миллионы беженцев устремились в Латинскую Америку. Количество жертв беспорядков, охвативших страны, далеко перевалило за двести тысяч человек только убитыми, а ведь ещё была Калифорния и западное побережье, пострадавшее от землетрясения и цунами, которое прокатилось по всему бассейну Тихого океана. Хватило всем, стихия никого не обделила: Япония, Индонезия, Малайзия, Филиппины, Австралия и Новая Зеландия, Российские Сахалин и Камчатка, надувшийся океан обрушил на них смертельные водяные горбы.
Единственным утешением могло служить то, что кальдера под национальным парком быстро угомонилась, сменив гнев на милость. Дикая ярость глубин не вырвалась наружу во всём своём первобытном блеске, страхе и смертельном великолепии. «Выпустив пар», Йеллоустон резко снизил вулканическую активность. Предрекаемый апологетами Конец Света затерялся где-то в складках земной коры, не спеша добивать человечество в глобальном Апокалипсисе. Вероятнее всего, как бы это провокационно не звучало, отделение Калифорнии от континентальной плиты в какой-то мере снизило тектонический груз, магму перестало активно выдавливать в пустоты кальдеры и общий «песец» угодил в разряд отложенных на неопределённое время. Извержение вулкана явилось генеральной репетицией перед показательным выступлением в будущем. Откровенно говоря, мир висел на волоске, благо, что сходящим с ума военным хватило благоразумия не надавить на красные кнопки, окончательно ввергая планету в первородный хаос.
На фоне царящих в стране беспорядков, в районе Ниагарского водопада открылся природный портал в соседний мир, в который мгновенно устремился второй по численности поток беженцев, немногим уступающий мексиканскому направлению. В новый мир, нежданно-негаданно распахнувший свои объятия для всего человечества, устремились авантюристы всех мастей, простые обыватели, стар и млад на всех видах транспорта, начиная от машин, заканчивая тракторами с прицепами и автодомами на колесах. Были там и военные — дезертиры, покинувшие расположения частей. Пока официальный Вашингтон растележился и смог навести хоть какое-то подобие порядка, границу миров пересекло более миллиона граждан «бастиона демократии».
Примитивные дикари, чьи стойбища обнаружились вблизи от прохода, по старой освящённой традиции были походя уничтожены волной переселенцев, захватывающих земли и отстреливающих крупных быков, внешне напоминающих бизонов и вымерших на земле туров. Степные копытные составляли основу рациона аборигенов. Новые «пионеры запада» ещё не подозревали, что им придётся столкнуться с неизвестными напастями: неизученными болезнями, тучами ядовитых насекомых, активный период размножения которых сопровождал период дождей. Бедствием оказались жуткие электрические бури и ужасные грозы. Но самым страшным врагом беженцев стал человек. Дикари, бегущие от новой напасти, добрались до границ степных ханств и загорных королевств. Хозяева мира не собирались сдавать позиции и поднимать лапки перед превосходящей угрозой…
